Элизабет посмотрела на него так, как будто он сошел с ума; затем до нее дошло его предупреждение о ее смиренном виде, и она начала понимать, что он от нее хочет. К этому добавился комичный образ Яна, высокого, атлетического, в нелепых розовых панталонах, и Элизабет выдавила из себя слабую улыбку.
– Я сама очень восхищалась этими панталонами, – сказала она. – И вы также закажете для сочетания желтый атласный камзол?
Он улыбнулся.
– Я думаю – красно-коричневый.
– Необычное сочетание, – мягко заметила Элизабет, – но оно, я уверена, сделает вас объектом зависти всех, кто вас увидит.
В нем росла гордость за то, как героически она справилась с собой. Чтобы удержаться и не сказать ей то, что хотел сказать наедине завтра утром, Ян оглянулся по сторонам, ища тему для разговора.
– Я понимаю, что Валери, которой меня представляли, и есть та Валери с нашими оранжерейными записками?
Он понял свою ошибку, когда ее глаза затуманились, и она посмотрела в направлении его взгляда.
– Да.
– Нужно ли мне попросить Уиллингтонов освободить зал, чтобы у тебя были необходимые двадцать шагов? Естественно, я буду твоим секундантом.
Элизабет чуть задыхалась, но улыбка появилась на ее губах.
– На ней есть бантик?
Ян посмотрел и покачал головой.
– Боюсь, что нет.
– А серьги?
Он снова посмотрел и нахмурился.
– Я думаю, это бородавка.
Наконец и ее глаза заулыбались.
– Это небольшая мишень, но я полагаю…
– Позвольте мне, – серьезно ответил он, и она засмеялась.
Последние звуки вальса замерли, и когда они уходили, Ян заметил Мондевейла, направляющегося к Таунсендам, которые вернулись в бальный зал.
– Теперь, когда вы маркиз, – спросила Элизабет, – вы будете жить в Шотландии или в Англии?
– Я принял титул, но не деньги или земли, – рассеянно ответил Ян, наблюдая за Мондевейлом. – Я объясню тебе все завтра утром в твоем доме. Мондевейл собирается пригласить тебя танцевать, как только мы подойдем к Таунсендам, поэтому слушай внимательно. Позднее я приглашу тебя танцевать еще раз. Откажи мне.
Элизабет озадаченно посмотрела на него, но кивнула.
– Что-нибудь еще? – спросила она, когда он собирался оставить ее с друзьями.
– Есть еще очень много, но оно подождет до завтра.
Заинтригованная, Элизабет обратила свое внимание на виконта Мондевейла.
Алекс наблюдала сцену между Элизабет и Яном, но мысли ее были далеко. До этого Александра сказала мужу все, что думала о Яне Торнтоне, который погубил репутацию Элизабет, а сейчас обманывал, внушая, будто он человек с очень скромными средствами. Джордан не согласился с тем, что Торнтон совершенно беспринципный человек, и спокойно заявил о намерении Яна исправить дело сегодня.