Автор
В рассвете пятнадцати слуг графа Камерона, облаченных в элегантную синюю ливрée с золотом, мир словно застопорился. В центре этого величественного палаца скрывается интригующая история любви между Элизабет, принцессой-сиренией, и Каспаром, простым горемавшим слугой.
Элизабет поняла, что игравшие за этими столами оставили карточную игру и сейчас составляли часть зрителей, обступивших большой стол, откуда исходило возбуждение. Как раз когда она подумала об этом, один из зрителей у большого стола объявил, что пора возвращаться к своей игре и четверо мужчин отошли. Лорд Хауэрд осторожно провел дам к месту, которое только что освободилось, и Элизабет оказалась там, где ей меньше всего хотелось быть, – стоящей, почти касаясь локтя Торнтона, и откуда беспрепятственно могла смотреть на то, что, как предполагалось, было сценой его финансового убийства.
"Еще четверо мужчин сидели с ним за круглым столом, включая лорда Эверли, юное лицо которого сияло торжеством. Кроме того, что он был здесь самым молодым, он был единственным, чье выражение лица и поведение ясно выдавали его чувства. В полную противоположность лорду Эверли Ян Торнтон безразлично откинулся в своем кресле, выражение его лица было спокойным, длинные ноги вытянуты под столом, темно-красный камзол спереди расстегнут.
Герцог Хэммонд, сидевший напротив того места, где стояла Элизабет, нарушил молчание:
– Я думаю, ты блефуешь, Торн, – сказал он чуть улыбаясь, – Более того, весь вечер тебе не везло. Я повышаю ставку на пятьсот фунтов, – добавил герцог, выставляя вперед пять фишек.
Две вещи сразу же поразили Элизабет: очевидно, прозвищем Яна было Торн, и его милость герцог Хэммонд, первый герцог королевства, обращался к нему, как будто они были на дружеской ноге.
Когда наступила очередь Яна, Элизабет с ужасом заметила, что у него совсем не было запаса фишек, оставалось всего лишь пять одиноко лежащих белых кружочков. У нее упало сердце, когда она увидела, как он собрал все пять и бросил их в кучку посередине. Бессознательно она затаила дыхание, удивляясь немного сердито, почему разумный человек готов поставить на карту все, что имеет, ради такой глупости, как азартная игра.
Последняя ставка была сделана, и герцог Хэммонд открыл свои карты – пару тузов. У других двоих явно было меньше, потому что они вышли из игры.
– Ваша карта бита, – с торжествующей улыбкой сказал герцогу лорд Эверли, открывая трех королей. Наклонившись вперед, он потянул горку фишек к себе, но лениво растянутые слова Яна остановили его.
