Темный лес окружал меня, клубящийся туман давил гнетом. Надеясь унять боли после нестерпимой тряски, я смотрела на пейзаж, который становился все более чужим и незнакомым. Кровь бурлила в венах, а каждый дыхание вызывало жгучую боль. В этот миг новая жизнь казалась невероятно тяжелой и полной неизвестности....
Похоже, «История (не)любви» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я захлопала глазами:
— Но что?
И вот тогда он повернулся ко мне. Честное слово, лучше бы он продолжал смотреть в окно. Его взгляд меня парализовал. Мужчина, который сейчас стоял передо мной, был не Анрэем Вестором, с кем я провела прошлую ночь, и я понятия не имела, чего от него ожидать. Это был кто-то чужой, опасный.
— Лэрд, — прошептала я онемевшими губами, — вы в чем-то обвиняете меня?
— Пока нет, — ответил он. — Надеюсь, что нет, Флориана.
Он снова отвернулся к окну, и стало легче дышать. Само собой, из покоев меня не выпустили.
Порыскав по гостиной, слуги переместились в спальню. Через открытую дверь я видела, как они переворачивают каждый сантиметр комнаты. Добрались и до пола. Причем довольно быстро. Нашли тайник под кроватью подозрительно легко, словно знали о нем.
Слуга ловко поддел паркетную доску. Я ожидала увидеть разочарование на его лице, ведь там ничего нет, но что-то пошло не так.
В спальне лэрд присел на корточки перед моим тайником. Долго смотрел внутрь, потом опустил туда руку и что-то достал. С моего места я не видела что, но это было неважно. Минуты моей спокойной жизни сочтены – поняла я как никогда четко.
Глупо было рассчитывать, что враги понадеются на удачу.
Я поднялась с кресла. Взгляд упал на мою служанку. Ухмылка на ее лице все объяснила. Девушка продала меня. Леди Мелания в свое время нарочно предупредила, что в курсе существования настойки. Она рассчитывала, что я побегу ее перепрятывать, и я не подвела. А служанка в это время подсматривала через замочную скважину, где мой тайник.
— Выйдите все, — лэрд говорил тихо, но каким-то образом его услышали даже в дальних комнатах.
Слуги ушли, закрыв за собой двери, а я по-прежнему стояла на месте. Куда мне бежать? В этой стране у меня нет ни одного друга, который за меня заступится. Даже Арон, потоптавшись на пороге, вышел. Я не винила его: для него лэрд – символ Абердина. Ослушаться его равняется государственной измене. Остался только Снег, жавшийся к моим ногам.
