Темный лес окружал меня, клубящийся туман давил гнетом. Надеясь унять боли после нестерпимой тряски, я смотрела на пейзаж, который становился все более чужим и незнакомым. Кровь бурлила в венах, а каждый дыхание вызывало жгучую боль. В этот миг новая жизнь казалась невероятно тяжелой и полной неизвестности....
Похоже, «История (не)любви» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Воины, завидев его, вставали, но он жестом велел им не обращать на него внимания. Раньше он частенько подсаживался к одному из костров, чтобы разделить со своими людьми трапезу, но сейчас хотелось побыть в одиночестве.
Надо бы сосредоточиться на осаде, обдумать возможность подкрепления, составить тактический план, проконтролировать распределение продовольствия на случай, если осада затянется. Дел хватало, но он мог думать лишь о жене. Она обрела над ним странную власть. В стране сотни красивых, умных женщин, которые с радостью примут его ухаживания.
До встречи с Флорианой Анрэй не совершал необдуманных поступков, но рядом с ней чувства брали верх. То, как она цепляла его, выводила из себя – делало его живым. Она словно разбудила его от многолетнего сна, вдохнула краски в серые будни, но она же ранила больнее других, принося мучительные страдания. Он любил ее и ненавидел одинаково сильно.
Ненавидел за то, как она поступила с ним. Отвергла, точно он какой-то мальчишка. Он мало для нее сделал? Мало ей дал? Или попросил взамен что-то немыслимое? Всего-то каплю любви.
Анрэй добрался до границы лагеря. Дальше простиралось занесенное снегом поле. На белом фоне черным пятном выделялся всадник. Он несся во весь опор к лагерю. Разведчик спешит сообщить о войске врага?
Анрэй вытащил меч из ножен и приготовился лично встретить всадника. Ждать пришлось недолго. Мужчина, не щадя лошадь, мчался во весь опор. В сгущающихся сумерках Анрэй не сразу рассмотрел его лицо.
К нему приближался мормэр Рикард Морей. Первым порывом Анрэя было разрубить мужчину пополам. Один его вид вызывал в нем неконтролируемую ярость. Анрэй был не в состоянии постигнуть, чем этот мужчина лучше его. Что такого есть у Рикарда Морея, чего нет у него? Неужели молодость? Неохотно он признал, что соперник хорош собой. Девушкам такие нравятся.
Рикард натянул поводья. Лошадь резко остановилась, подняв в воздух брызги снега и едва не сбросив наездника.
— Мой лэрд, — выдохнул он.
Вид у него был безумный, словно он мчался сутки напролет без еды и сна. Одной рукой он придерживал себя за раненый бок. Анрэй подобрался, предчувствуя дурные вести. Люди не проделывают такой путь с дырой в боку да еще в спешке, чтобы сказать что-то приятное.
— Мой лэрд, — повторил мужчина, хватая ртом воздухом. Он был не менее загнан, чем лошадь под ним. — У меня вести о лэйди.
