Несмотря на богатство и статус своего поместья, молодой графине История «не»мощной графини становится все труднее выжить в мире жестоких игр зависти и обиды. Ее тетка поселилась у нее после смерти отца, стремясь наладить контроль над всеми ее имуществами и доходами.
Она не стала скрывать свое положение в обществе, хотя этого и не требовалось, ведь по ней сразу было видно, что эта молодая женщина отличается от присутствующих возможных нянек своей грацией и статью.
Хотелось спросить многое, но она сама поведала мне, что семья выдала ее за старого князя, с которым прожила достаточно долго. На тот момент Эмине было девятнадцать.
Я видела в зеленых глаза честность. Она не лгала, не преследовала какие-то цели, ей действительно хотелось принимать участие в том, на что дал разрешение его величество.
"– Своих детей у меня нет, – говорила тогда Юмина Ли Сайрес, пожимая плечом. – Боги не дали, а замуж во второй раз я не собираюсь, – горько усмехнулась женщина, – да и кто возьмет вдову, – вздохнула она. – Никогда не оставалась безучастной, если видела голодные глаза ребенка. Поэтому, когда прочитала, что вы набираете людей в детский дом, сразу же приняла решение отправиться к вам.
Я не стала отказывать ей. Да, пусть княгиня относится к знати, которая почти прогнила насквозь, но все же в моем понимании каждому нужно давать шанс.
– Вы у всех на слуху, – говорила она мне, когда я в день нашего знакомства провожала ее до экипажа. – Многие не одобряют вашей прыти, а вот я наоборот хочу поддержать. В наше время редко встретишь человека, которому есть дело до кого-то, кроме себя или своей семьи.
Мы сидели с бабушкой в гостиной, держа в руках чашки с травяным чаем. В открытые двери, ведущие на задний двор, залетали цветочные ароматы из сада.
В душе пели птицы, а счастье и предвкушение безоблачного будущего бежало по венам.
– Я так рада за тебя, дитя, – посмотрела на меня бабуля.
Мне, возможно, показалось, но в глубине ее глаз показалась грусть.
– Рада, что ты смогла многого добиться и достичь. Ты встретила достойного мужчину, завоевала расположение короля и матери его правой руки. Это просто удивительно, – улыбалась пожилая госпожа, пододвигая вазочку с печеньем. – Ореховое, – смотрела она на меня с теплом, – твое любимое.
– Спасибо, – кивнула я, откусывая.
– Вкусно? – спросила бабушка.
– Очень! – прищурилась я. – Ты… чего? – от увиденного замерла, отставляя чашку в сторону и возвращая откусанную печеньку на место. – Бабуль? Ну чего ты?
– Все хорошо, дитя, – шмыгала носом женщина. – Просто… Просто я рада за твое будущее.
– Ну не слезы же лить, – вздохнула я, подходя и обнимая старушку со спины.
А ведь я действительно начала относиться к ней, как в родной бабушке.
