Несмотря на богатство и статус своего поместья, молодой графине История «не»мощной графини становится все труднее выжить в мире жестоких игр зависти и обиды. Ее тетка поселилась у нее после смерти отца, стремясь наладить контроль над всеми ее имуществами и доходами.
Так хотелось заорать и кинуться крушить все вокруг, втаптывая в землю каждую подозрительную личность.
Тяжело дыша, прикрыла глаза, пытаясь успокоиться.
Торос, ощущая мое состояние, ткнулся влажным носом в ладонь, расположившись возле ног.
– Это точно Оленсия и Диона… – зашептала Инесса, сидя у кровати бабули, которая до сих пор спала.
Двери комнаты были плотно закрыты, поэтому я не переживала, что наше перешептывание может кто-то услышать.
– Они несомненно замешаны в этом, – качнула я головой, ненавидящим взглядом смотря в одну точку, – но стоит во главе другой человек.
– Но… кто? – губы Инессы дрожали, она пребывала на эмоциях уже на протяжении какого часа.
Я не стала отвечать, потому что сама не знала ответа на вопрос.
– Ролана… – позвала меня подруга. – А ты… подчинишься чужой воле?
Резко обернувшись, отчего волосы разметались по плечам, я гневно поджала губы.
– Ты понимаешь, что после свадьбы с толстопузом, от тебя вновь могут потребовать что угодно? Это будет продолжаться бесконечно…
И я понимала это как никто другой.
«Хорошие мои… – в груди все сдавило от душевной боли, – держитесь.
– Ролана… – вновь позвала меня Инесса, – может… мы все же попробуем как-то известить сына герцога?
– Не нужно этого делать, – мотнула я головой.
– Но…
– Дети могут пострадать. Мы не знаем, угроза их жизни блеф или нет, но все же проверять лучше не стоит.
– Но что тогда делать? – всхлипнула Несс.
Я не знала, но интуиция подсказывала, что вскоре ответ обязательно найдется.
Сделав глубокий вдох, я выдохнула, медленно усаживаясь в кресло.
Не спешила что-то говорить, копошась в своих мыслях.
– В доме предатель или предатели, – наконец произнесла я приглушенно, чтобы мои слова не коснулись чьих-то ушей.
– Найти бы их и головы им оторвать! – Инесса с силой стиснула подлокотник кресла, отчего костяшки ее пальцев побелели. – Но как?
– Действительно, – хмыкнула я, – как?
Торос улегся у моих ног, вновь ткнувшись носом в ладонь и опуская мордочку на колени.
