В глубокой тьме ночи, где каждая капля дождя напоминает о жизни и смерти, Демия стучала в последний раз в затертую до блеска дверь. Голос ее хриплый от слез, мольбы умирающей девушки звучали будто издалека. За этой простой стенкой жила женщина, чьи глаза теперь лишь коснулась смерть....
– До них мне нет никакого дела, – отрицательно мотнула головой. – Я переживаю за вас. Вдруг императрица разгневается, когда узнает…"
"– Дэмия, – принцесса, тепло улыбаясь, сжала мою ладонь, – спасибо тебе за заботу, но я уже выросла из того возраста, когда матушка могла как-то наказать меня. Не волнуйся, эти говорливые девицы не посмеют пожаловаться, ведь они наказаны за дело. А если всё же решатся, им же хуже. Вылетят с позором из дворца быстрее стрелы!
26. Ни дня спокойствия
Эми
– Как вам известно, – вещал Лириан Дэ’Мар, расхаживая перед нами с видом всезнающего мудреца, – два века назад империей правил великий Наяр Эр’Тарэйн, – наставник, важно сложив руки за спиной, неспешно вышагивал из стороны в сторону, словно павлин, демонстрирующий свой хвост.
Этот правитель, как повествуют древние свитки, ценой собственной жизни защитил свой народ от напавших на него чужаков.
Дома пылали, словно огромные факелы, их огненные языки лизали небо. Дети с раздирающим душу плачем забивались в щели, будто испуганные зверьки, а женщины, с искаженными от страха лицами, пытались их спасти, отбиваясь от озверевших воинов, убивающих всех без разбора.
Наяр Эр’Тарэйн защищал людей, получив стрелу в ногу – наконечник, как выяснилось позже, был отравлен неизвестным ядом.
Это проявилось не сразу. Империя была спасена, а нападавшие отправлены на тот свет. И вот, спустя два дня, правителю стало плохо. Рана от стрелы потемнела, расползаясь по коже черной сетью вен. У него поднялась высокая температура и её ничем не удавалось сбить. Пока пытались найти противоядие, все лекари бились над его созданием, но тщетно.
Три дня. Ровно три дня Наяр Эр’Тарэйн мучился. Его кожа пылала огнем, а разум отключился от невыносимой боли, от которой он постоянно кричал, на время теряя сознание.
Ему не смогли помочь. Перепробовали всё…
Проводить правителя в последний путь пришла вся империя. Люди толпились у стен внешнего двора, читая молитвы и осуждая небеса за их жестокость. Империя погрузилась в траур.
