Зажиточные влиятельные кулаки (II категории) переселялись в пределах области или в другие области, третья группа — остальные кулацкие хозяйства — расселялись на худших землях, вне колхозных земельных участков. Земля, скот, хозяйственные постройки раскулаченных передавались в колхозы, личное имущество, продукты питания конфисковывались, а затем раздавались односельчанам или распродавались. Отбирались и денежные накопления.
В местах поселений кулаки принуждались к лесоразработке, строительным, мелиоративным работам. Основными районами кулацкой ссылки стали Урал, Сибирь, Северный край, Казахстан, Дальний Восток. За 1930–1931 гг. более 300 тысяч крестьянских семей, насчитывавших 1,8 миллиона человек, оказались в вынужденной кулацкой ссылке с политическим клеймом «переселенцев».
В эти же годы по стране прокатилась волна закрытия церквей. Лишь за один 1929 г. в стране было закрыто 1119 церквей. В 1931 г. был взорван храм Христа Спасителя, с куполов которого годом раньше сняли позолоту.
С многих церквей сбрасывались кресты и колокола, а священнослужители подвергались репрессиям.
Насилие властей вызвало ответный протест крестьян, не желавших вступать в колхозы и видящих в них новое крепостное право. Наряду с такими формами, как письма-жалобы в местные и центральные органы власти, ширились и открытые выступления, вплоть до восстаний. В январе — марте 1930 г. произошло более 2 тысяч вооруженных выступлений крестьян. Не желая вести в колхозное стадо свой личный скот, крестьяне его резали. Поголовье крупного, а особенно мелкого скота сократилось в два-три раза.
Опасение того, что может произойти всеобщее крестьянское восстание, заставило Сталина предпринять отвлекающий маневр. В марте — апреле 1930 г. он опубликовал статьи «Головокружение от успехов», «Ответ товарищам колхозникам», а ЦК партии в свою очередь принял постановление «О борьбе с искривлениями партлинии в колхозном движении», где вся ответственность за «перегибы» возлагалась на местные органы власти.
После опубликования партийных документов темп коллективизации снизился. Из наспех созданных колхозов начался массовый выход крестьян. Но эта передышка была недолгой. Сталин убеждал партию, что политика, хотя и с некоторой корректировкой, остается прежней; он настаивал на скорейшей коллективизации сельского хозяйства. Осенью 1930 г., после сбора урожая, нажим на единоличников вновь усилился, а через несколько месяцев началась новая волна раскулачивания. Осенью 1931 г. и эта волна коллективизации выдыхается. Зимой и весной 1932 г. вновь наблюдался отток крестьян из колхозов. Тем не менее, несмотря на тактические уступки, сталинская политика насильственной коллективизации продолжалась.
§ 3.