Сделали!
Первыми шли три звена под моим командованием, то есть двенадцать истребителей-штурмовиков ударной группы. Наша задача тривиальна. Зенитки. Мы должны уничтожить зенитные средства этого аэродрома. Именно этим они и занялись. Сделав полубочку, поднявшись над аэродромом на сто метров, «Таиры» сходу атаковали зенитки. Где стоит каждая мы знали до метра. Пленные немецкие летчики описали это подробно.
Упакован аэродром, вмещавший в себя три полка по нашей терминологии – это где-то около сотни машин – три батареи. Две из них, состояли из автоматических мелкокалиберных пушек и одна восьмидесяти восьми миллиметров, шестиорудийного состава. Мощная оборона, и хоть мы налетели неожиданно, две дежурные пушки встретили нас шквальным огнем. Какие из них дежурные мы не знали, так что атаковали все одновременно. Тут главное не столкнуться при пересечении курса.
– Проверка! – заорал я. Теперь можно не соблюдать радиомолчание. Сам я не атаковал, прикрывал со Степкой сверху, внимательно наблюдая за землей. Небо оставил за ведомым, это его задача следить за ним.
После атак, «Таиры» не поднимаясь отошли от аэродрома, и повернули назад. Сейчас жилые постройки в огне. Их штурмуют эрэсами «ишачки» соседнего полка, за ними второй волной шли две эскадрильи СБ. Одиннадцать машин. Поэтому сделав плавный полукруг я присоединился к звену Тапирова и мы стали набирать высоту. То же делали другие пары вдали. В том, что мы подавили не все зенитки я был уверен, хотя дежурные расчеты уничтожены, мне уже сообщили об этом, так что поднявшись над аэродромом где в дыму мелькали силуэты «ишачков» и «Таиров», я стал осматривать аэродром. Стоянки самолетов не привлекли моего внимания, они не наша цель. Первым налетом мы уничтожали технические службы и летный состав.
Уничтожать стоянки будет третья волна состоящая из Ар-2 подполковника Шмидта и одной эскадрильи СБ второго полка бомбардировщиков майора Кириленко. Шесть машин.
– У опушки зенитка! – услышал я вопль в эфире. Видимо кто-то из пилотов «ишачков» внизу, засек ее.
– Глухарь, уничтожить."
"Отдав своим приказ я стал наблюдать за небом отслеживая ситуацию так же и на земле. Пока подошедший в охранении капитан Покрышкин строил оборону, не то чтобы мы ожидали нападения, а по привычке иметь крепкие тылы.
Соседний немецкий аэродром находился в ста километрах, но и об этом мы подумали.
Его блокировало звено из эскадрильи капитана Бугаева. Ненадолго, но нам должно хватить.
– Воробей, бомбардировщики на подходе, – сообщил мне Покрышкин.
Сам он находился на двести метров выше, по привычке держа господствующую высоту. А одно звено он вообще загнал на четыре километра.
– Отходим восточнее, не будем им мешать.
В течение десяти минут мы наблюдали за огненными адом внизу.