Посмотрев на него, я вернулся к разглядыванию рисунка на скатерти, поведя мокрыми плечами.
Прочистив горло, майор постояв еще пару секунд, развернулся и направился обратно.
Подняв голову, я посмотрел на пустой стол. Патронов не было. Поглядев вслед майору, который медленно шел ссутулив спину я взял нож и встав посмотрел на старика, он был пока еще жив.
Я успел сделать к старику всего пару шагов под слова лейтенанта:
– Не стоит Вячеслав. Он того не стоит… Да, оставь нам хоть немного. Знаешь ли тоже нервы не на месте…
Как услышал быстрые бухающие шаги.
Обернувшись, я увидел вбегающего во двор Васечкина, с винтовкой в руках.
Заметив за столом только лейтенанта Курмышева, он быстро доложил:
– Машина, вроде сюда едет!
– Я посмотрю. Предупреди майора, – быстро сказал я Курмышеву. Идти к сараям у меня не было ну никакого желания. Хватит, насмотрелся. Молча кивнув, лейтенант, вскочив, бегом скрылся за сараями, я же в это время положив нож обратно на стол, энергичным шагом шел к воротам, к которым вела от леса слегка заросшая дорога.
– Где? – спросил я у Виктора, доставая из чехла бинокль.
– Вон там, где опушка! Поработал и замолк, – указал рукой Виктор.
– Угу. Вижу что-то белеет… – тихо сказал я всматриваясь в непонятное пятно, и когда оно шевельнулось и опустило такой же бинокль, как и у меня я понял что вижу милиционера.
«Додумался по лесу в белой гимнастерке шастать. Ее же за километр видно!» – подумал я, недоуменно покачав головой.
– Суворов, что там?
Голос майора был уставший и какой-то без эмоциональный, как мне показалось.
– Похоже, что наши, товарищ майор. Один в форме милиционера. Белая гимнастерка, и синие галифе. Больше не видно, но кто-то там еще есть.
– Где, не вижу? – Спросил он, вставая рядом. Мы стояли так чтобы кусты вишни скрывали нас наполовину, так что издали нас не должно было быть видно.
– От того места где мы вышли, метров триста направо.
– Теперь вижу. Действительно милиционер, – согласился майор.
– Товарищ майор уходить надо, и как можно быстрее.
Через несколько минут стемнеет, как бы не вляпаться. Лучше посмотреть в доме, что с собой брать, и уходить, – закинул я удочку. Меня действительно озаботила та анархия, что творится сейчас в группе. Один часовой остальные заняты у раненых. Я понимаю, что нужно позаботиться о них, но не всем же. Пару человек мне не помешает подготовиться к отходу. Припрется кто-нибудь, как вот сейчас и бери нас голыми руками.
