– Мародерничать? Не допущу!! – начал было заводиться майор, но я прервал его спокойным тоном.
– Какое мародерство? Вы эту ночь на земле провели? Много народу дохает? А у Кислова подошва оторвалась, ходит с бечевкой перевязанной? А раненого долго собираетесь на руках нести, если есть телега и лошадь? А мясо? Продовольствие? Вон куры, козы, взять на веревке и когда надо – на убой!!
Я начал заводиться. И мне было пох, что он майор и командир. Пускай сначала присягу потребуют, тогда и козырять начну и говорить как с командиром.
– Кхм, действительно. Ну хорошо, назначаю тебя по хозчасти, раз такой умный.
«Зашибись! Я теперь еще и интендант! Хотя… Действительно, а кого еще?»
Позади нас собралось человек шесть бойцов с оружием. Быстро распределив их по местам Тонин, сказал:
– Нужно как-то показать, что тут свои.
– Выйти, да рукой помахать. У них бинокль, разглядят, – сказал я почти сразу, так как успел об этом подумать.
– Васечкин… – сказал было майор, как Виктор вышел на открытое место, прямо в проем ворот, и подняв над рукой винтовку, махнул ею туда-сюда.
Я присмотрелся. Опустив бинокль, милиционер обернулся и скрылся за деревьями.
Потянулись минуты ожидания. Почти совсем стемнело, и лес стал плохо виден. Рассмотрев, что в прямой видимости что-то появилось шевелящееся, я поднес к глазам бинокль. Линзы были непросветленные, поэтому было плохо видно, но то что к нам приближаются двое бойцов в фуражках, я рассмотреть сумел."
"– Идут. Двое в фуражках. Не милиционеры… Пограничники вроде, – сказал я, опустив бинокль.
– Иванов, давай кого-нибудь навстречу, пусть встретят! – скомандовал сержанту, Тонин.
– Есть! – козырнул тот, и так же пригнувшись, когда подходил, отполз к своим.
Через несколько секунд две тени вышли из ворот и подошли к подходящим фигурам. О чем был разговор я не слышал, но вернувшийся Иванов доложил, что там действительно свои. Семь человек. Трое милиционеров на машине, и четверо пограничников.
– Давай-давай! – командовал Иванов водителю, протискивающего полуторку в узкий проем ворот.
Наконец въехав во двор, машина свернула налево и почти сразу заглохла, что позволило мне слышать редкие крики боли от сарая с раненными.
Было темно, но командира что разговаривал с майором, я рассмотреть сумел. Это был лейтенант, если судить по кубарям, и сейчас он внимательно слушал что говорит майор объясняя находку на хуторе и последствия этого. Бросив на меня быстрый взгляд, милиционер козырнул и стал командовать своими людьми.
