Улицы были пустынны и темны, лишь слабый свет фонарей игрался на стеклах окон домов за углом. Я ухватила свой рюкзак крепче, чувствуя себя незнакомкой в этом мирке, казавшемся каким-то необычно знакомым и одновременно чужим. Электричка "Передача" прискакала в последний раз, прежде чем исчезнуть за поворотом, оставляя за собой холодную тьму и мрачную атмосферу....
И смотри ты, какая Алечка у управляющего хозяйственная! И огород посадит и сама доберется… А кто она, интересно? О чем я и спросила у Якова. Он тепло улыбнулся.
— Я ведь выкрест, как я уже говорил. Дело в том, что Алечка моя, она из мещан смоленских. Ее семья никак не хотела отдавать дочь замуж за меня, а без благославления родителей Алечка боялась. Но она готова была принять иудаизм, несмотря на проклятие семьи своей. Но наш раввин сказал, что много евреек не могут найти себе мужей среди соплеменников, много мужчин у нас погибает в межнациональных распрях.
Вот это воистину Ромео и Джульетта, только со счастливым концом! Принести ради любви все! И как он говорит о жене, с какой теплотой! Хотела бы я, чтобы и обо мне через столько же лет какой-нибудь мужчина так говорил!
Первым пришел плотник Архип. К известию о том, что у нас появился управляющий, отнёсся индифферентно, мол, раз хозяйка так решила, так чего возражать? И даже внешность управляющего плотника ничуть не смутила. Вот на предложение перестроить внутри флигель отозвался.
— Оно, конечно, так, ежели семьёй, да по — культурному, то лучше комнаты сделать. Вот пусть хозяин скажет, сколько и где отгородить, дак я и сделаю.
Яков Семёнович показал Архипу, что и где планируется, тот покивал головой, быстро обмерил все, что нужно, верёвочкой с узелками и сказал:
— Дак я пойду, Прошку кликну, это сын мой старший, помогает мне по мелочи, мы на телеге доски привезём, да городить начнем. Раз надо, то завтрева к обеду и сгородим.
После него прибежали и горничные под предводительством Лушки.
