Автор
В двенадцать минут пятнадцати ночи, когда мир еще погружен в тишину, что-то необычное произошло. Сторожем организма была прервана мелодичная кошачья лапа, вместо ожидаемого громкого звука угрозы. Что скрывает этот ночной подъем? В помещении царит шепот, будто ветер сильного шторма прошелся по комнате. Глаза медленно привыкают к темноте, и все равно не видно ни призраков, ни живых существ — только тихий шорох воздуха....
Споткнулся обо что-то, треснувшее под ногами, не удержался, растянулся на дороге, чувствуя, как быстро тают силы, но тут же вскочил с яростным воплем: «Врешь, не сожрешь!» – вывалился из тумана на синий «асфальт» и брел по нему до тех пор, пока холм с раздвоенной вершиной не остался позади... Будимир пришел в себя только через час, да и то лишь благодаря стараниям Ростислава, подпитавшего парня энергетически, испуганного длительным обмороком мальчишки. Он и сам был близок к обморочному состоянию, однако обошлось.
– Спасибо, дядя Слава... – За что?
– Вы меня вытащили... – Еле успел. Что это было?
– Настоящие Чертовы Ворота... – Мне следовало догадаться раньше, старому дураку, – в сердцах хлопнул себя по лбу Ростислав. – Ведь убедился уже, что хаббардианцам доверять нельзя!
– Это я виноват, дядя Слава, я чувствовал, что здесь все сдвинуто, но не сказал.
– Что значит – сдвинуто?
– Мы видим не то, что есть на самом деле.
– Как ты сказал? Понижение?
– Я имел в виду процесс отсоса энергии. Мне до сих пор холодно... и мышцы ватные, не слушаются... Чертовы Ворота отнимают все силы.
– Это я уже понял, старый... – Ростислав не договорил, заметив еще одну улыбку мальчика.
– По древним понятиям дурак – просветленный человек, не пользующийся умом, – сказал Будимир извиняющимся тоном. – Если разобрать это слово, то получится: ""д"" – данный, «ур» – свет, «ра» – солнце, ""к"" – принадлежащий к чему-либо.
– Никогда бы не подумал, – удивился Ростислав. – Всю жизнь считал, что «дурак» – ругательство.
– Дядя Толя утверждает, что смысл многих исконно русских слов и понятий намеренно искажен и вывернут.
– Кем?
– Свитой Сатаны, добивающейся власти. Это настоящая культурная агрессия, которая длится уже более тысячи лет. В русской Всеясветной грамоте было сто сорок семь букв, в кириллице – уже только сорок три, а в сегодняшнем букваре только тридцать три.
– Плюс идея перехода от кириллицы на латиницу. Кто-то очень хочет уничтожить наш язык, я читал в газетах об экспериментах с русским языком. А ты неплохо разбираешься в проблеме. – Ростислав с уважением посмотрел на мальчишку, радуясь, что он оживился. – Что ж, как-нибудь просветишь меня в этом вопросе.
