Ну и где они, скажите на милость?!
Если это проделки ее оболтуса сына… Королева тяжело вздохнула, чувствуя, как к горлу подкатывает бессильная злоба. Вместо того, чтобы слушать мать, Кейрон с каждым годом становился все более непредсказуемым. Весь в отца!
— Принц уже вернулся? — обратилась к служанке.
— Да, моя королева. Я видела, как он миновал огненный заслон.
— Живо зови его сюда!
Через четверть часа Кейрон зашел в спальню. Лицо мрачное, в остром взгляде — колючая настороженность. Оглядел комнату, втянул в себя воздух и рявкнул с порога:
— Где Ника?
— Это ты мне скажи! — набросилась на сына Вианда. — Ты всегда идешь у нее на поводу! Сначала позволил ей вякать на важном собрании. Потом оставил ей пса. Что ты сделал на сей раз? Отпустил с миром на все четыре стороны?
— Я прощу тебя за эти слова, потому что ты моя мать, — зло прошипел принц.
— Ты забываешься. Я твоя королева, и я не нуждаюсь в твоем прощении! — надменно произнесла Вианда, с ужасом наблюдая, как расползается темнота в глазах сына. Знакомая ей темнота, неподвластная человеческой воле. Она часто видела этот взгляд до того, как стала вдовой, и ничего хорошего он не предвещал…
— Я не нуждаюсь в одобрении королевы! — отрезал Кейрон и исчез в дверном проеме.
— Стой! — крикнула ему вдогонку Вианда. — Ты не смеешь уходить! Я тебя не отпускала!
Но ответом ей стало лишь эхо быстрых шагов.
Глава 36
Когда Йемрен выходит из дома Лийны, ничего не могу прочитать по его лицу. Рот плотно сжат, лицо серьезное, хмурое, и настрой такой, что кажется, энергетику можно резать ножом — настолько он напряжен и сосредоточен.
Эти двое — законный принц и шаманка, разговаривали целую вечность, пока я сидела на колючей траве рядом с домом и липла к горячему, шерстистому телу козы. В попытке снять стресс, я чуть не загладила Серенького до дыр, вот только тактильный контакт не слишком помог. Я настолько погрузилась в невеселые мысли, что пес своим языком обслюнявил мне запястье, а я и не заметила. Все силилась понять, почему бы не отложить переговоры на потом?
Политика — это, конечно, важное дело, особенно для кронпринца, но зачем дипломатия мертвому льву? Не лучше ли отодвинуть отношения с соседями на будущее… которое, кстати, может не состояться, если мы не поторопимся?
Принц останавливается рядом со мной и протягивает широкую ладонь:
— Мы уезжаем, ирэя!
— А есть ли в этом смысл?"
"Я уже засветилась перед главой деревни в качестве говорящей «красавицы», поэтому прятаться под маской безмолвной старухи больше не собираюсь.
— Что ты имеешь в виду? — хмурится дракон, убирая ладонь.
— Ты никуда не спешил… Кейрон вот-вот будет здесь. Я подумала, что ты решил дождаться брата.