Я стояла перед зажжённым колдовским пламенем, его мерцающие волны уже нарушали покой моего тела и души. Черный символ рун стремительно прилипал к сердцу, как будто он был вынужден меня слушаться. В этот миг я почти сгорела в собственной спальне от неуместного возмущения - и это лишь утром....
Все наши деньги. Что угодно. Я сделаю то, что он скажет. Слышишь?
– Да, – ответила я, прекрасно понимая, что не стану предлагать откуп деяниями отца. Платить за снятие проклятья должна просящая.
С такими мыслями я повернула ручку двери и потянула её на себя. В глаза ударил яркий свет, в голове зашумело. Собрав остатки силы воли, я заставила себя переступить порог в Оборотный мир…
* * *Встретил меня густой туман. Плотный и пугающий, он начал растворяться, как только дверь закрылась.
Я сделала шаг, и белый дымок отступил дальше.
От этой странной ассоциации по спине побежали мурашки. Сделала ещё шаг. Всё повторилось. Меня не покидало ощущение, что туман притаился как сторожевой пёс и ждёт от меня новых действий.
Я замерла. Туман принялся медленно окутывать мои ноги, словно ластиться… Показалось даже, что я чувствую легчайшие прикосновения к правой лодыжке.
И мне вдруг припомнились слухи о необычных жителях Оборотного мира. Мог ли один из них принять вид тумана? И если да, то стоило ли проявлять перед ним слабость?
– Пропусти, – тихо, но чётко попросила я. – Иначе я спалю здесь всё. Дотла. У меня… дело к Мастеру рун.
Сказала и затаилась, гадая, правильно ли обращаюсь к загадочной материи? Не обидится ли это существо? Или я ошиблась и говорю с простым туманом?.
Пока гадала, едва не подпрыгнула от резкого окрика со стороны:
– Посторонись! Ну?!
Я отшатнулась, а через пару секунд, разрывая туман, в паре локтей от меня промчалась нагружённая багажом телега.
– Проходной двор какой-то! – раздалось ворчливое следом, и… с запяток телеги на меня оглянулся страшный зеленый человечек в красной ливрее. Блеснув зелёными глазищами, он зло прокричал: – Расходились людишки, как дома! Вот в наши времена…
Человечек умчался прежде, чем я нашлась с ответом.
Туман не спешил вновь скрывать от меня каменную мостовую, по левой стороне которой теперь смутно вырисовывалось высокое здание.
Я попятилась, резко обернулась, собираясь убедиться, что моя дверь всё ещё сзади, но… она исчезла. И туман неожиданно быстро рассеялся, открывая моему взору шикарный ярко-зелёный поезд! Он красовался справа, аршинах в пятидесяти. А сама я оказалась на железнодорожном перроне.
