В гостиной светлая мелодия подсвечников создает непринужденную атмосферу теплого уюта, где можно отдохнуть после напряженного дня. Открывая дверь в просторную гостиную, ты словно шагаешь через порог смертельной опасности прямо в мир удивительной спокойствия и уютного комфорта....
Его пальцы легли мне на плечи, скользнули вниз по рукам, оставляя за собой горячие следы. Из скрытого кармана он достал ожерелье – нить сверкающих белых камней, холодных и в то же время живых, переливающихся на свету.
– Подарок, – прошептал жених, застегивая украшение на моей шее.
Голос короля был низким, обволакивающим. Я улыбнулась, касаясь драгоценностей.
– Выглядит очень дорогим. Ты разбазариваешь достояние государства?
Губы монарха коснулись моего плеча – горячие, влажные.
– Берегу. Не переживай.
Мои брови удивленно приподнялись.
– Есть на то основания? – прошептала я, чувствуя, как его руки обвивают мою талию.
– Угу, – пробормотал он, разворачивая меня к себе.
И прежде чем я успела что-то сказать, его губы накрыли мои.
Его поцелуи лишали меня разума.
С каждым днем наши отношения становились все ближе, и я уже не могла сопротивляться. Раньше он вызывал во мне противоречивые эмоции – страх, недоверие, любопытство. Теперь же… теперь оставалось только желание.
Я отвечала на поцелуй с той же страстью, пальцы впились в его крепкие плечи. Его руки скользили по моей спине, опускались ниже, сжимали бедра. Ткань платья была настолько тонкой, что казалось, будто на мне ничего нет.
Я подавила стон, когда его пальцы коснулись груди. Стены здесь были тонкими, и слугам не следовало слышать лишнего. Неизвестно, как далеко бы мы зашли, но стук в дверь – резкий и настойчивый – вырвал нас из сладкого плена.
Мы разорвали поцелуй, дыхание спутанное, губы обожженные.
– Нас всегда кто-то прерывает, – пробормотал король, и в его голосе звучала легкая досада, смешанная с привычной иронией. Он поправил слегка помятую одежду и протянул мне руку.
А я задержала взгляд на зеркале – мое отражение выдавало все, что только что произошло. Прядь темных волос выбилась из прически, а бретельки платья съехали с плеч. Собравшись, я поправила их дрожащими пальцами и вложила свою ладонь в его руку.
Мы вышли из покоев неспешно, и я пыталась унять волнение.
Тронный зал встретил нас гулом голосов, но все стихло, едва мы переступили порог. Чиновники, воины, придворные – все склонились в поклонах, но их взгляды, осторожные и любопытные, скользили по нам, словно пытаясь понять, чего ждать сегодня.
