В гостиной светлая мелодия подсвечников создает непринужденную атмосферу теплого уюта, где можно отдохнуть после напряженного дня. Открывая дверь в просторную гостиную, ты словно шагаешь через порог смертельной опасности прямо в мир удивительной спокойствия и уютного комфорта....
Отец проскрипел сквозь зубы:
– Да. Если роды пройдут удачно.
– Тогда юная госпожа права, – неожиданно встал на мою сторону посланник.
Я скользнула по нему взглядом. У него личный интерес? Или он действительно забыл мою тетку и был к ней равнодушен?
Впрочем, неважно. Поехать могла либо она, либо мачеха. Других близких родственниц у нас не было.
– Я… – мачеха порывисто вскинулась, но тут же замолчала, встретив мой взгляд.
Она помнила наш разговор насчет отца и то, чего я от нее жду. Опустила глаза. Спорить не стала – и то хорошо.
– Ваша дочь пошла в отца, – на губах Лорка дрогнула едва уловимая улыбка."
"– Да уж, – пробормотал глава семейства, явно не ожидавший такого поворота.
– Тогда его величество будет ждать госпожу Интару в оговоренное время у себя в резиденции.
Мы снова обменялись поклонами – на этот раз равными. И гость ушел, оставив за собой шлейф корицы и углей. Дверь закрылась.
Но напряжение не исчезло. Оно висело в воздухе, как предчувствие бури.
– Когда ты это задумала?
Отец пристально смотрел на меня, его глаза – острые, как сталь – буравили, пытаясь прочитать то, что я тщательно скрывала.
– Прямо сейчас. До этого я не знала, что меня должна сопровождать дама, – пояснила я очевидное.
В романе традиции были прописаны весьма размыто – видимо, автор не счел нужным вдаваться в такие мелочи. А мне теперь расхлебывать!
– Ты терпеть не можешь Изору, – приподнял бровь отец, и в его голосе прозвучало едкое понимание.
Память подсказала: да, Юсиль презирала ту – за плебейское происхождение и острый язык.
– И что? Хочешь отправить со мной Инею? – спросила прямо, не позволяя себе мягкости. – Она не доедет, особенно с ребенком. А если и доедет… ты видел, как она реагирует на силу темных магов?
Отец замер.
– Ты ощутила силу Лорка?
Его голос понизился, став опасно тихим. Я не дрогнула.
– Ее сложно было не заметить. Ты и сам ее чувствовал.
Тут я сама замерла. В голове мелькнула догадка. Неужели это часть моего дара? Того самого, который до сих пор не проявлялся – и я даже не знала, где его искать.
Видимо, не все чувствуют магию. Не все замечают ее следы. Но я – да.
– Значит, дар проявился, – подытожил отец, и в его глазах вспыхнуло что-то между гордостью и тревогой. – Что ж… Ты хотела знаний, дочь моя? Ты их получишь.
Он выпрямился, и его голос прозвучал как приказ:
– До отъезда у тебя девять лун. За это время тебе сошьют новые платья. И у тебя будет учитель.
