Не пытается управлять и приказывать. Он доверяется мне, оголяет душу перед своей женщиной, и это дорогого стоит! Да, я стала его ритани по воле случая, но я солгала бы, сказав, что мне от этого плохо. Нет, я видела, что меня могли загнать в рамки, потребовав соответствовать, а все наоборот: соответствовать пытается он! Я не закрытый человек, прямолинейна, пытаюсь быть искренней со всеми. И Дамир это понял.
Так странно! Впрочем, мне сейчас все казалось странным.
Странным, потому что никто не старался понять меня и проникнуть в мою суть. Постичь что-то, чего я и сама о себе не знаю.
Например, я полный профан в отношениях между мужчиной и женщиной. И мне не стыдно в этом признаться. Что здесь плохого? Ведь все, что будет или может быть, станет для меня первым, новым и, возможно, единственным. Разве это плохо?
Усмехнувшись, я теснее прижалась к Дамиру. Тепло, хорошо… спокойно. Наверное, так и должно быть с тем, кто на уровне ощущений тебе близок? На том самом, тонком, интуитивном?
Впервые за все время пришла мысль, что мы с ним друг другу подходим и он – мой человек. Пусть встретились неправильно, пусть и обстоятельства были дурацкими, но… Рядом с ним мне комфортно. И если отбросить все глупости, которые иногда лезут в голову, мы могли бы составить отличную пару. Во всяком случае, там, где не нужны церемонии.
– Поверю, – шепнула, утыкаясь лбом в его грудь. – Я хоть не искушена в отношениях, однако не считаю себя дурой. Правда, не совсем понимаю, что такое ритани и как вы ее определяете.
– Чтобы это понять, нужно родиться и жить на Аритасе, – вздохнул Дамир и вдруг зарылся в мои волосы. Он жадно втягивал воздух. Мне даже показалось, что он меня обнюхивает. Нет, показалось. Дурость-то какая.
– Попробуй объяснить. Как-то на любовь с первого взгляда это не похоже. Да и вообще на любовь тоже.
– Ты не веришь в любовь с первого взгляда? – спросил лорд. Я не видела, но была уверена, что он улыбается. – А как насчет любви с первого вдоха?
– А вот так, Атенаис. В ресторан меня привел твой запах.
Первой посетившей меня мыслью было – я помылась! И тогда тоже мылась! Между прочим, из косметического салона вышла! Я не могла вонять! Вот никак не могла! Что он там учуял?!
Видимо, я возмущалась вслух. Потому что с чего вдруг ритас начал смеяться?
Щеки вновь запылали от стыда. Вот ведь, бисерное плетение!
– Ты не воняла, Атенаис, – отсмеявшись, произнес Дамир. – И сейчас не воняешь, но твой запах для меня особенный. Откровенно говоря, я уверен, что так ты пахнешь лишь для меня.
– Не только, – буркнула на подушке Медок и перевернулась на живот, а затем сладко зевнула и потянулась.
Надо же, она снова болтает во сне или уже проснулась?
Второе. Красное чудо еще раз зевнуло и распахнуло глаза.
– Ты слишком рано проснулась, – протянул Дамир.