Я понимаю, что ты действовала с самыми лучшими намерениями, но пользоваться моим беспомощным состоянием – это…
– Нехорошо, – закончила Кьярра. – Я знаю. Ты еще отбивался.
– Неужели? – неожиданно развеселился я, но она даже не улыбнулась.
– Отбивался. Я подумала – это потому, что немножко дара еще осталось, и тебе неприятно, когда я тебя трогаю. Значит, его можно раздуть, как костер из искры. Но не вышло… – Она посмотрела мне в глаза и добавила с отчаянной решимостью: – Если что и было, я это затушила до конца. Опять неправильно сделала…
– Да и ладно. Знаешь, лучше разом лишиться всего, чем остаться с жалкими огрызками прежних возможностей.
– А еще это было нечестно, – гнула свое Кьярра.
– Почему? – не удержался я.
– Потому что я тебе не нравлюсь. Но я хотела сделать лучше, а вышло…
– Будет тебе. Я же действительно ожил! Правда, – добавил я, прислушавшись к ощущениям, – аппетит ты могла бы оставить при себе.
– Ты опять смеешься, Рок, – сказала она, – но на самом деле тебе не весело.
– Как сказать… А еще я догадываюсь, почему все пошло не так.
– Да потому что я был без сознания, а ты – совершенно неопытная. Я прав?
Вот на этот раз Кьярра все-таки покраснела.
Честное слово, я не хотел знать, что именно она вытворяла с моим бесчувственным телом, и с которой попытки ей удалось… м-м-м… поделиться силой. Когда я себе это представлял, меня разбирал неприличный хохот, но я жестоко давил его – Кьярре и так досталось, нечего издеваться. Она ведь в самом деле хотела как лучше и поступила так же, как ее мать. Откуда ей было знать, что не все получится, как задумано? Наверно, потому, что я не чистокровный дракон, как ее отец.
– Ты прав, – сказала вдруг она. – Это было ужасно смешно. То есть ужасно, но смешно тоже… Не поверишь – я из сил выбилась! А ты как бревно… совсем не похоже на то, что мама говорила…
Тут я представил, как она сверяется с матушкиными инструкциями, и это стало последней каплей – все-таки не выдержал и захохотал в голос, и Кьярра, помедлив, тоже. Я еще ни разу не видел, как она смеется – будто первый раз в жизни, сама не понимая, что за странные звуки издает и почему.
– Знаешь, – сказал я, когда нас немного отпустило (по-моему, смех был нервным, и немудрено!), – если что-то не получилось с первого раза или получилось не так, нужно повторить. Иначе потом хуже будет.
– Мама так говорила, – кивнула Кьярра, но тут же с подозрением уставилась на меня: – Зачем?
– Ты же сама сказала – было ужасно. Надо сделать хорошо, – постарался я объяснить попроще. – Иначе это никуда не годится!
– Ты не хочешь, – тут же ответила она. – Я тебе говорила: у тебя кровь не волнуется, когда ты на меня смотришь. Наверно, еще и поэтому не вышло.
– Нет, что-то все-таки вышло, раз я жив и более чем бодр.