Вот и меня она… пронзила, особенно когда я догадался оглядеться и не увидел ни единого тайного пути. Они должны были быть здесь, Кьярра ведь ходила в лес и на равнину, и в столице тоже бывала, так что следы не могли исчезнуть. Но я их больше не видел. Совсем.
– Ты понял, что случилось, – утвердительно произнесла Кьярра, так и не поворачиваясь ко мне лицом.
– Нет, но догадываюсь… – ответил я. – Сарго, да?
– Эррин же говорил: ты умер. Даже не один раз. Если бы я не успела его найти…
– Ты не отвлекайся, – попросил я, пока она не начала шмыгать носом. – Что еще сказал Эррин?
– Сарго вытягивал из тебя жизнь. Не просто ломал кости по-всякому, а еще и…
Ну что ж, я угадал: он собирался сделать из меня безумного калеку.
– Он почти всю забрал, – добавила Кьярра и все-таки повернулась ко мне. – Осталось на донышке. Но это просто жизнь, можно удержать, вот как Эррин сделал. Но Сарго еще высосал твою силу. Всю, целиком.
– Ясно, – пробормотал я, глядя в огонь.
Обидно: только я наловчился видеть драконьи пути – и на тебе! Сиди теперь, как пришитый, на одном месте… А может, это такой намек мироздания? Дескать, хватит тебе, Санди, бродить невесть где, пора осесть и доживать жизнь, как нормальные люди… Денег у меня предостаточно, так что не пропаду.
Кьярра упорно смотрела в сторону. Мне показалось, что лицо у нее немного осунулось, от переживаний, наверно.
– В этом даже есть свои плюсы, – сказал я, чтобы не молчать.
Не хотелось думать о потерянном: пустота на его месте ощущалась странно и неприятно. Не болезненно, но… сунешься – а там ничего нет, будто и не было никогда. А я уже и не помню, как жил прежде, когда еще не приспособился управляться со своим даром! Придется учиться заново, что поделаешь!
Ложиться и умирать от тоски я всяко не собирался. Уж наверно Кьярра подбросит меня до Таллады, а там я не пропаду. Денег в самом деле с лихвой на оставшийся мне век хватит, да и дорог – обычных, конечно, – тоже…
– Какие? – спросила Кьярра, и я очнулся.
– Я теперь могу ходить без перчаток, – пояснил я. – Минус примета, к слову. И, похоже, спать тоже смогу. А если еще и голова болеть перестанет, так это же вообще красота! Такому радоваться нужно, а не горевать.
– Тебе совсем не жалко? – удивленно спросила она. – Что ты больше не сможешь пойти, куда хочешь?
– Да как же не жалеть, – усмехнулся я. – Только какой в этом смысл? Оторванную руку целитель может пришить на место, а дар не вернешь. Ищи его, как ветра в поле! Эй, ты что?..
Кьярра придвинулась ближе и, как в прошлый раз, уткнулась лбом мне в плечо. Теперь я мог ее обнять, не опасаясь обжечься и почувствовать… что-то лишнее, одним словом. И она, помедлив, тоже осторожно обняла меня. Признаюсь, это было приятно.
– Я старалась вернуть все, как было, – глухо проговорила она.