Избранный — это дьявольская история о тайных войнах между вампирами и людьми, где каждый шаг может быть последним. В мире, где мстить стало привычкой героев Братства Черного Кинжала, а Древний Язык ускользает из памяти, герой найдет нечто большее, чем просто защитник своего вида — он станет самим избранным.
И, учитывая пистолет в его руке, шансы были невелики.
Краем глаза он увидел, как Лейла вскинула руки, поднимаясь на ноги.
— Вишес, прошу, не делай…
Кор снова обрел голос.
— Не на ее глазах. Если есть в тебе благородство, не делай этого у нее на глазах. Отошли ее, а потом казни меня.
Лейла рухнула перед ним и широко раскинула руки. Защищая.
— Он — хороший мужчина. Прошу, умоляю тебя…
С громадным усилием и болью, от которой он едва не лишился сознания, Кор извернулся, чтобы встретить алмазный взгляд брата, и пока они смотрели друг другу в глаза, Лейла продолжала вымаливать его жизнь, которая не стоила спасения.
— Любовь моя, остановись, — сказал ей Кор. — И оставь нас. Я обрел покой, и он сделает то, что принесет мир Братству. Я виновен в измене, а это сотрет мою грязь из твоей и их жизней. Моя смерть освободит тебя, любовь моя. Прими сей дар судьбы нам обоим.
Лейла снова вытерла слезы на щеках.
— Умоляю, Вишес. Ты сказал, что понял меня. Ты сказал, что…
— Только не у нее на глазах, — потребовал Кор. — Последняя просьба смертника. Докажи, что ты лучше меня.
Голос Вишеса звучал подобно грому на фоне ослабленных слов Кора:
— Говнюк, я и так знаю, что лучше тебя. — Брат посмотрел на Лейлу. — Уходи отсюда. Немедленно.
— Вишес, умоляю тебя…
— Лейла. Я не стану просить дважды. Ты знаешь, чего можешь лишиться, подумай о своих детях. В настоящий момент у тебя достаточно проблем и без него.
Кор закрыл глаза, охваченный печалью.
— Прости меня, любовь моя. За то, что втянул тебя в это.
В его жизни всего две женщины имели значение: мамэн, покинувшая Кора после рождения… и его Избранная, которой он принес слишком много страданий.
Как выяснилось, он навлек проклятье на них обеих.
— Вишес, умоляю, — рыдала Лейла. — Ты сказал мне, что он не зло. Ты сказал…
— Я солгал, — пробормотал Вишес. — Солгал, черт возьми. Поэтому уходи. Сейчас же.
Глава 19
Вернувшись в сознание, Трэз обнаружил, что смотрит на белый плоский потолок. Секунду… разве не все потолки должны быть плоскими по определению? Нет, не обязательно, решил он. В семидесятых была мода на текстурированные, которые по структуре напоминали замороженную белую глазурь. А еще были потолки в пещерах, подумал он… те вообще бугристые. В театрах каскадные акустические потолки…
А в чем вопрос-то?
Моргая, он почувствовал пульсирующую боль в затылке…
Лицо брата, знакомое, как свое собственное, показалось в поле зрения и тем самым оборвало дебаты о разновидностях потолков.
— Как ты? — спросил айЭм.
