Избранный — это дьявольская история о тайных войнах между вампирами и людьми, где каждый шаг может быть последним. В мире, где мстить стало привычкой героев Братства Черного Кинжала, а Древний Язык ускользает из памяти, герой найдет нечто большее, чем просто защитник своего вида — он станет самим избранным....
— Меня грызет червь изнутри, и я понимаю, что даже если убью Кора, то зуд успокоится всего на десять минут. Но в ночь, подобную этой, я согласен даже на десять минут.
Раздалось шипение, когда Ви прикурил самокрутку.
— Не знаю, что сказать, брат мой. Я бы посоветовал помолиться, но наверху тебя некому слушать.
— Сомневаюсь, что твоя мать в принципе когда-то нас слушала. Без обид.
— Какие обиды. — Ви выдохнул дым. — Уж поверь.
Тор сосредоточился на выходе из пещеры, и, пытаясь сделать вдох, ощутил странное истощение.
— Я устал бесконечно сражаться в одной и той же битве. С самой… смерти Велси… не отпускает ощущение, что какая-то часть моего тела не заживает, и боль невыносима, порой кажется, что я не смогу вынести ни секунды больше. Ни одной гребаной секунды. Стало бы легче, если бы боль переключилась на другой участок тела.
Между ними повисла долгая пауза, тишину в пещере нарушало приглушенное завывание зимнего ветра, врывавшегося внутрь.
В конце концов, Ви выругался.
— Хотел бы я знать, как помочь тебе, брат мой. Ну, если нужно ободряющее объятие… могу заплатить кому-нибудь?
Тор покачал головой, чувствуя, как верхняя губа изогнулась в подобие улыбки.
— Я почти рассмеялся.
— О да, остается только хохмить. — Ви снова выпустил дым. — Либо так, либо придется пристрелить тебя, а я ненавижу бумажную волокиту Сэкстона, понимаешь, к чему я клоню?
— Понимаю. — Тор потер лицо. — Прекрасно понимаю…
Ви перевел взгляд.
— Просто знай, что мне жаль. Ты не заслужил подобного. — Тяжелая рука опустилась на плечо Тора и сжала. — Я бы забрал твою боль, если бы мог.
Тор быстро заморгал, думая, как это хорошо, что Ви не любил обниматься, иначе он бы рассыпался.
Сломался по-мужски, так, что потом уже не соберешь себя воедино.
С другой стороны, разве он мог назвать себя целым?
Клуб «тЕнИ», центр Колдвелла.
Стоя перед стеклянной стеной в своем офисе на втором этаже клуба, Трэз Латимер чувствовал себя немного Богом.
В большинстве своем клиентура его клуба состояла из поколения «икс», рожденных в период с тысяча девятьсот восьмидесятых по двухтысячные.
