Близнецы Литвиновы готовятся к переезду в Америку: мальчишки застыли от восторга, а мама взяла себя в напряг. Но как только дело доходит до формальных документов, начинается адский поиск паспортных данных и справок. Драматичный юношеский кризис на фоне будничной документалистики создает живописную атмосферу динамично развивающейся семьи....
Почему-то ему казалось: на его поле, через компьютерные сети, похитители играть не будут.
Однако письмо явилось – именно по электронной почте.
Одна-единственная строка: широта и долгота. Ящик – явно одноразовый, и отправлено из интернет-кафе (Михаил даже проверять не стал).
Он схватил навигатор. Руки тряслись, и координаты он вбил только с третьей попытки.
– Маршрут построен! – жизнерадостно отозвалась коробулька.
И предложила на выбор два пути, один чуть короче, другой – длиннее. Но оба вели в дальнее Подмосковье.
* * *Деревенька, куда притащил его навигатор, оказалась полностью мертвой. Дома с выбитыми окнами, несчастная, полуразрушенная церковь. По ухабистой, с огромными ямами, дороге Томский кое-как доехал до околицы. Но дальше началась грязища абсолютно непролазная, и машину пришлось бросить у сломанного щита с надписью «Весе…» (когда-то – вот ирония судьбы! – селеньице называлось «Веселое»).
Сердце колотилось отчаянно, на душе становилось все чернее и чернее.
Навигатор показывал: осталось триста метров. Михаил, утопая в грязи, спотыкаясь о битый кирпич, припустил бегом.
«Вы приехали!» – иронично сообщил прибор у черной от времени избы-пятистенки.
Те же выбитые окна, сорванные с петель двери.
– Нина? Леночка? – неуверенно произнес Михаил.
Полная тишина в ответ.
Однако здесь совсем недавно теплилась жизнь. Да, в доме свалка, но в углу – керосинка. Половинка заплесневевшего батона.
– Кнопка! Ленусик! Где вы?! – отчаянно выкрикнул Миша.
В доме никаких комнат – перекрытия давно выломаны. Но в центре композиции – сразу бросается в глаза! – охотничье ружье. «Беретта». Точно такое, что украли пару месяцев назад у него из квартиры.
Чудовищная, дикая каша. Он чувствовал, что голова сейчас лопнет. Затравленно посмотрел на ружье. Трогать его не стал.
Где девочки? В подвале? Михаил, раскидывая мусор, заметался в поисках люка.
Спустился в погреб, обошел его. Пустота, вонь, грязь, объедки, какие-то тряпки. Неужели его любимых девчонок держали здесь? И где они, черт возьми, сейчас?!
Вернулся в комнату. Догадался обернуть руку в носовой платок. Только потом взял «Беретту», понюхал дуло. Ружье пахло порохом.
