Близнецы Литвиновы готовятся к переезду в Америку: мальчишки застыли от восторга, а мама взяла себя в напряг. Но как только дело доходит до формальных документов, начинается адский поиск паспортных данных и справок. Драматичный юношеский кризис на фоне будничной документалистики создает живописную атмосферу динамично развивающейся семьи....
Этот танец – в хорошем исполнении, конечно, – меня заряжает исключительной энергией! Хочется смеяться, и петь, и купаться ночью в море, и совершать какие-то безумства, словно ты опять молода!
И взглянула на него – лукаво, чуть ли не многообещающе.
Сева почувствовал: в низу живота заныло.
За два года скитаний у него ни разу не было секса просто с женщиной, не с проституткой.
А тут милая француженка – насмотрится фламенко! – и запросто будет готова на маленькое безумство.
– Et Bien, Жаклин, – решительно молвил он.
– Дьявол! – неожиданно ругнулась она. – Да вы, оказывается, нормальный мужчина!
Перегнулась через стол и поцеловала его в губы.
…Сева перед свиданием нервничал – хуже мальчишки. Даже, стыдно сказать, виагры прикупил, хотя прежде никогда осечек не было. Но одно дело – случайная связь и совсем другое – когда планируешь переспать с соседкой (пусть всего лишь по пансиону).
Жаклин сидит рядом, на пассажирском сиденье, ветер в открытые окна треплет подол ее платья, иногда открывает взору коленки. Совсем юные, круглые. Ни намека на дряблость или пигментные пятна.
А ведь судя по лицу – дамочке за сорок, никак не меньше. Сева не сомневался: обнаженным ее тело будет выглядеть еще лучше."
"Дорога петляла, арендованный «фиатик» на серпантинах натужно фыркал – выпендриваться и брать напрокат представительский класс Сева не стал.
– Фламенко трезвым смотреть нельзя!
Сева – с тех пор как перешагнул границу России – ни разу не нарушал законов. Но сейчас не удержался. Хлебнул. Прорвемся! Минимальные промилле в крови в Европе, кажется, допускаются.
– Как будто нам по шестнадцать лет, мы угнали папину машину и едем на дискотеку! – веселилась Жаклин.
…В усадьбу они входили в обнимку. Пока шел концерт, ее рука доверчиво лежала в его ладони. Жаклин уговорила его еще выпить:
– Только не бесплатного шампанского, избави бог! Давай я угощу тебя портвейном, я читала, он здесь какой-то особенный, столетней выдержки, из древних бочек!
Конечно, Сева ей платить не позволил, купил два бокала сам.
