— Как расплывчато, молодой человек, — старушка покачала головой. — Воины под этим словом понимают военные трофеи; воры — украденное; шахтёры — выгрызанный из тверди земной камень. Что из этого применимо к Вам?
Я быстро соображал.
Убийца не был похож ни на одного Ярового, которого я видел. Тем более, он никак не мог быть внуком этой старушки. Слишком возрастно он выглядел. Ему было лет за сорок!
Нет. Значит либо она перепутала, либо…
Этот артефакт убийце выдали. Например, заказчик.
И тогда всё сходилось.
— Это оплата, Ваше Сиятельство, — ответил я спокойно.
— За что же?
За провал в моём убийстве.
Я усмехнулся.
— Боюсь, я не могу рассказать вам секрет. Иначе пострадает мой бизнес.
Она разочарованно вздохнула. Точнее — сделала вид. Её настоящие эмоции были совершенно другими.
В глазах старушки я видел прагматизм и ледяную выдержку. Этого она скрыть от меня не могла.
— Коль так, значит, внук совершенно не ценит мой подарок, — она покачала головой. — Иначе как объяснить, что моя милая саламандра Лариса, нашла одну из моих семейных безделушек у Вас? Ах, этот негодник — мой внук — всё же разобьёт когда-нибудь мне сердце.
Она притворно смахнула несуществующую слезинку. И засунула кулон в раскрытую пасть саламандры, приговаривая:
— Лариса, верни кулон молодому человеку. Теперь это по праву его вещь.
— Не стоит, — сказал я. — Семейные вещи не идут в оплату, так что я отказываюсь.
— Ох, как благородно! — старушка схватилась за сердце. — Видишь, Лариса? Ещё остались в этом мире аристократы, благородные не только на словах, но и на деле, — саламандра Лариса издала несколько смешливых звуков. — Впрочем, этот молодой человек только оправдывает свою репутацию.
— Руслан Северский, — представился я.
— Ах да, мы же с Вами не знакомы! Простите старую женщину. Память совсем меня подводит. Сейчас ведь почти никто не знает имени Инны Михайловны Яровой — матери графа Ярового и Первого Воеводы клана, — ехидно сказала она. — Зато я знаю о Вас, сударь. Особенно о вашем достойнейшем поведении на инициации.
Вот тут она говорила искренне.
Инна продолжала:
— Кто-то должен был приструнить Мстислава — этого холодного мальчишку. И я рада, вы сделали это, не совершив ничего непоправимого. А ещё… — её глаза сверкнули. — Я знаю что вы спасли мою внучку — Лизоньку. Последнюю кровиночку моего погибшего старшего сына. Пожалуй, за неё я признательна вам ещё больше.
Внучку? Лизу?
Её отец — Григорий Яровой…
В голове сложилась картинка. Воспоминания Руслана наслоились на мои.
Она дочь бывшего главы клана. Его тоже звали Григорий.
Вот, почему Тигран не хотел видеть меня рядом с ней."
"И вот, почему когда она смотрела на меня, в её глазах трепыхался ужас.
Ведь я был сыном того, кого винили в смерти Григория Ярового.