Оно было больше похоже на искусную маску, чем на человеческий лик.
— Вы что, притянули меня… втроём?
— Каждый из нас — на своём этапе. Но начал — я. Продолжил Один. А завершил… самый жалкий. Получился глупый анекдот, — он раскрыл ладонь. С книжных стеллажей вылетела одна из книг и легла ему в руку, раскрываясь.
Но в ней не было слов. Была закрученная вниз воронка из энергетических нитей, уходящая в глубины этой «книги».
Такого артефакта не знал даже я. Но идущая от этой воронки энергетика… Она напоминала то, что было в центре Перекрёстка Миров. Возле Зеркальной Башни.
— Через Гримуар я вижу миры и то, что происходит в них. Через него я видел и твою последнюю битву. И через него же притянул твою душу, которую уже начала поглощать Пустота.
— Не намекай на то, что я тебе должен. Это ничем не поможет в наших переговорах. К тому же, — я подошёл к нему и захлопнул книгу. — Прошлое — в прошлом. Говори, что ты предлагаешь и зачем мне тебе помогать. А начать можешь с того, кто ты сам такой и какого чёрта здесь торчишь.
Он внимательно посмотрел на меня. Даже его «Око Предела» застыло, смотря мне в глаза.
Гримуар взлетел с его руки и вернулся на полку.
— Я — тот, кто ответственен за создание Империи. Пусть и косвенно. Я — один из тех, кто вёл человечество на бой против Исконных и был среди победителей. Я — тот, кто осознал, что все мои деяния не привели к лучшему миру для человечества. Они только усложнили его. Пусть и дали нашему виду выйти на новую ступень своего развития. Мои имена не имеют значения. Как и то, с кем я был связан раньше…
— Я всё равно это ощущаю. Даже без «Ока Предела». Энергетикой ты слишком похож на того, кто должен был оставаться в своей гробнице.
Отец Лжеимператора. Вот кто он был.
— Я не горжусь тем, кого вырастил. Но и не отказываюсь от ответственности, — он тяжело вздохнул, не меняясь в лице. — Мы оба получили своё наказание за то, что попытались взять больше власти, чем заслуживали. И, если мой сын был просто опасным безумцем, то я… Дал клятву, что искуплю свои прегрешения служением.
— О, раскаялся?
— Нет, это слово не подходит. Я — осознал. Потому как никто другой понимаю, что слишком сосредоточение слишком большой власти в одних руках приводит к нарушению баланса, который необходим человечеству.
— Ты сам упрятал его в гробницу?
— Нет… это совершили предки Руслана Северского. Я ещё долго боролся за свою власть. Не только в открытую, но и из тени. Пока не выиграл главную битву… вот здесь, — он коснулся кривым пальцем виска. — Когда осознал, что власть даётся мне слишком дорогой ценой. Тогда я предложил мир. На приемлемых для всех условиях. Я был заперт здесь, с одной задачей — поддерживать баланс. Во всём мире. Не позволяя ни одной силе стать абсолютной и уничтожить всё остальное.