В Петербурге жизнь протекает как стихия — постоянный поток облитых водою и закиданных комьями жителей. Каждый день напоминает о неминуемой встрече с несправедливостью, будь то на дорогах или в самых высоких кабинетах. Изюм — это история одной семьи, которая вынуждена прятаться от этой непрерывной стихии, чтобы сохранить немного надежды и тепло....
Игра глуповата,- чуть интеллектуальнее бега в мешках,- но игроки держатся с достоинством.
В нашем глухом и темном краю быстро переняли игры по зарабатыванию очков. Вот только в пятничном зрелище — «понюхает, на хвост нанижет,- очки не действуют никак». Колесо «Поля чудес» практически не крутится, да и угадывание слов — хоть какая-то тень умственной деятельности — отодвинуто на десятый план участниками, увлеченными взаимовручением съедобных и несъедобных предметов. Зрелище это считается «культурой» — недоразумение совершенно пролетарское.
— А что делает ваша мама?- склоняется балаганный Свидригайлов к прелестной провинциальной девочке, лет десяти с виду.
— Мама ходит на обрезку.
— Я знаю, в Израиле есть такой обычай,- удовлетворенно заключает деятель культуры.
Радостный, заливистый хохот толпы. Вытирают слезы от смеха. Девочка смотрит растерянно, не понимает, что она такого сказала?
Знаете, что делает после этого хороший родитель? Хороший родитель, мама или папа,- это совершенно неважно,- берет грязного старикашку за жирный затылок и рылом, рылом тыкает в вертящееся и сверкающее колесо.
— А что делает ваш дедушка дома?
— Водочку пьет,- доверчиво отвечает мальчик. Хохот толпы. У дедушки улыбка застывает на лице. Мог ли он предвидеть? Десятки миллионов развалились на диванах, смотрят на публично опозоренную старость и — что, тоже хохочут?
— А что мама про папу рассказывает? А? — Трехлетняя кукла с огромным розовым бантом не знает, что сказать. Доверчиво, ясно смотрит она на ласкового дядю.
— А папа по воскресеньям дома?.. А вы уверены, что это ваш папа?.. Папа, вы что-то скрываете от ребенка!.."
"Есть родители, которые продают собственного ребенка на улице за бутылку водки. Публика, рванувшая со всей страны на Поле Чудес в Стране Дураков — а именно там это поле, как известно, и находится — тоже без стеснения торгует детьми. Детской чистоте и невинности Якубович назначил недорогую цену — цену утюга.
