Автор
Деньги в конверте подтверждают, что мужчина не врёт. Я вытираю слёзы и беру решительный шаг — обещанную мальчишку отдам на улице. Ночь окутана таинственностью и страхом: каждый жест может быть последним, но я стойко сдерживаюсь.
- А ты мне нравишься, - хищный оскал напротив, и руки, сложенные в замок. Кажется, он гипнотизирует, только Малышеву совершенно не по нраву.
- Мы уходим, - какого-то чёрта обобщает, решая за меня.
Мы.
Это нечто объединяющее. Никаких нас нет. Есть отдельно Стас, отдельно я. И как бы чувства из прошлого не поднимали голову, я не могу переступить черту, которую однажды подвела его семья. Будто земля разъехалась настолько сильно, что нет возможности к нему перепрыгнуть. А с моей стороны стена без просветов.
"- Мы не договорили, - остужаю его пыл, не двигаясь с места. Вот сейчас, говоря про мы, объединяю нас с Алиевым. Но тут всё просто: продаю не сахарную вату. Дело Архипова, над которым он так печётся. Прикидываю, что мне за это будет, и понимаю, что юридически не подкопаться. Арс собственноручно выдал мне все права распоряжаться компанией, как мне вздумается. Если бы он знал, какую цену заплатит за свою беспечность, вряд ли бы начал войну так открыто. Только он не мог просчитать всё до мелочей, и это значит одно: он не знал, что придумала его курица.
Я умею рассчитывать тактику. И, если Арс думает, что эти деньги для меня, сильно ошибается.
Слишком горда, чтобы брать его чёртовы бабки. У меня есть вариант куда лучше, чем оставить их у себя.
Гудини немного удивлённо подбрасывает брови, косясь в сторону Малышева, а потом снова глядит в упор.
- Может, продолжим беседу в более приватной обстановке? - говорит, понижая голос намеренно. Он так клеит тёлок? Надо его огорчить, я не ведусь на подобное.
Стас резко поднимается, и его желваки играют на лице, но Алиев даже не дёргается от неожиданности, в отличие от меня. Стальные нервы, взгляд хищника. Малышев прятался, а такие, как Гудини, догоняли. Хотя, если бы он знал, что кого-то следует догонять, обязательно бы сделал это.
- Или, может, ты пойдёшь на х? - медленно говорит Стас. - Из таких, как ты, тоже кровь течёт, - смотрит с ненавистью на того, кто продолжает портить жизнь его семье. Он единственный, кто тут стоит, и отчего-то это выглядит жалко.
Но тут иное. Как выйти на ринг против тяжеловеса. И надо отдать должное: не сидит, молча в тряпочку, а намерен защищать мою честь.
- Я не сплю с клиентами, - спокойно заявляю, намереваясь закончить эту встречу без кровопролития, и намерена сбежать, наконец, в туалет.
