Охрана на своих местах, отчитывается, что никаких происшествий не было.
Так почему же сердце не на месте?"
"Иду в дом, но незаметно для себя срываюсь на бег. Перепрыгивая через ступеньки, поднимаюсь на второй этаж той половины дома, где находится комната Ясмины. Почему меня потянуло туда? Почему я боюсь, не случилось ли беды с этой монашкой, хотя должен был первым делом подумать о той, кого люблю?
В комнате темно, подозрительно тихо и… пусто.
Может, она опять засела за какой-нибудь дурацкой книгой в библиотеке. Спускаюсь, но в библиотеке никого. Как и в остальных комнатах первого этажа, по которым я проношусь вихрем, выкрикивая имя жены.
Она исчезла.
Конечно, есть еще вариант, что она сейчас на половине Лилии, пьет с ней чай и болтает о своем, о женском… Например, о муже, который изменяет с подругой. Кстати, эта тема для обеих девушек общая.
Ни дворецкий, ни слуги не имеют ни малейшего представления, где Ясмина. Сам не могу сконцентрироваться, тянусь к Ясмине, используя истинную связь и будто на стену натыкаюсь. Если бы она умерла, дракон бился бы в агонии. Но нас с ним словно пустота окутывает и безысходность. Предчувствуя нехорошее, отправляю дворецкого за начальником охраны, а сам иду к Лилии. Нет, я не тешу себя надеждой, что Ясмина окажется там, просто Лилии может быть известно больше, чем остальным.
Увидев меня, Лилия протягивает ко мне руки, кидается в объятья, ластится кошкой, но я, как бесчувственное бревно, стою перед ней.
— Ты вернулся? Соскучился и приехал пораньше? — мурлычет она.
— Где Ясмина? — спрашиваю, игнорируя ее попытки перехватить мои губы.
— Откуда мне знать? Сидит, наверное, в своей комнате, оплакивая злую судьбу.
— Ее там нет.
— Ну, значит, бродит где-то. Неужели ты по мне нисколечко не соскучился.
— Ясмина пропала. Мне сейчас не до нежностей. Когда ты в последний раз видела ее?
— Тогда… в твоем кабинете… — пожимает она плечами. — Думаешь, она настолько глупа, что мы и дальше будем изображать дружбу?
Меня коробят ее слова. Уж Ясмина ничего не изображала. Она была предельно честна с Лилией и до последнего считала ее своей подругой. В ней нет ни капли притворства. Лгать и изворачиваться она не умеет. Все ее чувства были видны как на ладони. По-детски наивные, чистые. А я дурак, взял и растоптал их. Потому что считал, что ее любовь — это то, что испортит нам всем жизнь. А в итоге пока все порчу только я.
Разворачиваюсь и ухожу, но Лилия не хочет меня отпускать, бежит за мной.
Спускаюсь в холл, там меня уже поджидает начальник охраны. Вид у него такой, будто он уже признал свою вину и ожидает кары.
— Где моя жена? — рычу в его одутловатое, откормленное лицо.
— Она не выходила сегодня на улицу, — отчитывается он.
— Уверены? Ну так найдите мне ее.