Когда такое случилось в первый раз, Андрюха сильно удивился, а я так вообще офигел: никогда в моей жизни я не припомню момента, чтобы мама могла себе позволить просто ничего не делать.
Все мы как-то морально росли над собой, да.
Учился я нормально не только потому, что ну стремно перед матерью, но и потому, что вдруг понял практическую пользу образования: большинство предметов, которые нам читали, я мог практически «с колёс» применять на работе в холдинге, куда мама изо всех сил меня интегрировала.
Я не сразу заметил, а когда заметил, то не понял и, откровенно говоря, долго к мысли этой революционной шёл: мама постепенно старалась передать мне не только опыт и связи, но и возможность принимать важные, часто принципиальные, решения в работе. Ну, чтобы научить меня ответственности, видимо.
- И тихонечко пристроить на место первого лица, после Зуева, - хмыкнула бабушка Адель, к которой я пришёл уточнить свои умозаключения.
- Вместо себя, что ли? - запаниковал я.
- А ты думаешь, что отец твой исчез с горизонта с концами? - укоризненно на меня взглянула та, что была куда ближе, чем официальная бабушка.
Но неполиткорректно же, поэтому пришлось дипломатически выруливать:
- Я, конечно же, так не считаю. И понимаю, что настанет день, когда он вернётся.
- Думаю, Нонна тоже это понимает… - Адель Варисовна вздохнула. - И готовит почву. Ты останешься рулить, а она уйдёт.
- В науку? - ну, а что?
Я молод еще, мне позволительно пока смотреть в будущее с надеждой.
Главбух погладила меня по голове и тихо фыркнула:
Так что, учился я и работал на совесть, потому как материну гениальность признавал и понял давно, что с ней всегда нужно быть готовым к любому повороту событий, даже самому невероятному.
Понятно, что при правильном делегировании полномочий, как мне, так и Сергею Сергеевичу (а чего он?), работы в холдинге у мамы стало меньше и времени она там проводила, соответственно, тоже всего ничего. Основное же ее время делилось между домашними делами и Институтом, где она не только читала лекции, но и курировала магистерские диссертации. Да, и кажется, у неё даже был один аспирант.
Всеволод Кириллович собирался в этом году уйти на пенсию и изо всех сил агитировал ее занять его место. Мама пока держалась, но, я думаю, если ничего не изменится, вероятно, уговорить ее он сможет. И тогда со следующего года мать вообще перестанет появляться в холдинге, и нам придётся как-то выруливать самим.