Автор
В темноте, с ледяным дождем на капоте машины, твое замешательное "Я видела..." ожесточенно отзывается среди ночи. Альберт отрешённо выспершись в сиденье, словно мир уже не существует за окном. Ночная дорога кажется бездонной пропастью между нами — и мы знаем, что этот разговор может изменить всё....
Хоть бы предупреждали, а то я думала ты няню нанял, — отозвалась я и вернулась к сумке с вещами.
— Нет, с этим я сам справляюсь, а вот готовка… — протянул Альберт, а мне показалась я затылком видела как муж светился словно фонарь под глазом у гопника.
Альберт прекрасно понял мою реакцию. Он знал, что я ревную…
Черт.
Это вообще-то неправильно ревновать бывшего мужа. Это попахивает идиотизмом.
— Лер, когда станет известно по поводу моря? — настиг меня голос мужа.
— Альберт, Макс только переболел. Я вообще не уверена, что это море нужно… — протянула я задумчиво, но тут мелкий партизан встрял.
— Папочка, ну ты же обещал. Папочка, папа… Мы же хотели с горок… пааааа…
Макс того гляди и хотел зареветь вцепившись с штанину брюк мужа, а я поняла, что Макс нащупал болевые точки у Альберта. Обещания. Если дал — держи.
— Лер?
Я вздохнула.
Все было невнятно и нервно.
Но зачем-то, чтобы, видимо, сбежать от этих нервов чуть больше чем через три недели я все же села в машину к мужу, поправила ремень безопасности, и Альберт увёз нас с сыном в аэропорт.
Это был первый мой самостоятельный отпуск с Максом. Я боялась всего, начиная от инфекции и заканчивая порезом на пальце. Альберт, общение с которым прервалось как только Максим выздоровел, смотрел на меня и качал головой.
— Лера, все будет хорошо. Это прямой рейс. Вы через четыре часа уже приземлитесь. Все будет хорошо, — в сотый раз повторял Альберт, держа Макса на руках, а я все равно паниковала. — Лер, ну скажи мне чего ты опасаешься. Слетаете, отдохнете.
Стукнуть Альберта хотелось.
Сил моих не было.
У Макса на плечах висел рюкзачок с игрушками. Я сжимала ручку чемодана, а Альберт мои плечи.
— Не переживай. Расслабься. У вас начались каникулы.
Я дёрнула плечами, сбрасывая руки мужа и фыркнула, потом опомнилась и развернувшись к Альберту, произнесла:
— Спасибо…
— Глупости, — улыбнулся Альберт и развернул меня в сторону регистрации.
Море ждало. Обдавало теплой водой ноги. Темная лента песка стелилась вдоль пляжа. Макс бегал и кричал что-то, а я снимала для Альберта видео.
В душе был полный хаос. Разруха, боль, острые камни обид.
Я гуляла с сыном по побережью и не понимала элементарных вещей.
Он меня не держал.
Он отпустил.
Только мне оказалось этого недостаточно, потому я сама держалась за него.
