Марина сбегает из надоевшего поселка в Москву в поисках лучшей жизни. Но столица оказывается жестока к одиночке без связей и денег. На грани отчаяния героиня оказывается перед выбором: сохранить честь или пойти на компромисс со своей совестью ради выживания.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Над пропастью во лжи»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Марина сбегает из надоевшего поселка в Москву в поисках лучшей жизни. Но столица оказывается жестока к одиночке без связей и денег. На грани отчаяния героиня оказывается перед выбором: сохранить честь или пойти на компромисс со своей совестью ради выживания.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Анна Томченко Серьезное чтение Биографии и мемуары подборки серии
Марина сбегает из надоевшего поселка в Москву в поисках лучшей жизни. Но столица оказывается жестока к одиночке без связей и денег. На грани отчаяния героиня оказывается перед выбором: сохранить честь или пойти на компромисс со своей совестью ради выживания.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Над пропастью во лжи» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
"Светлана Успенская
Над пропастью во лжи
Том 1
***
Пробка кажется нескончаемой. Гневно сверкая стоп-сигналами, поток машин неудержимо течет по проспекту, все более уплотняясь, притираясь боками, чтобы вскоре, устало повизгивая сиренами, влиться в узкую горловину Садового кольца.
Я не знаю, как называется этот проспект. Он, конечно, большой и, несомненно, достоин того, чтобы выучить наизусть его название, которое я все же не помню. Серые, псевдопарижские дома с куцыми балкончиками, задавленные выхлопами и солью мертвые липы у подножия каменных монстров, слишком яркие, дисгармонирующие с общим серым тоном города вывески частных магазинов – и люди… Серая торопливая масса молчаливо течет к метро, такая многоликая и такая одинаковая в каждом своем атоме, в каждом отдельно взятом лице.
Больше семи лет живу в этом городе, а все еще никак не могу привыкнуть к огромности, чудовищности, гипертрофированности противоестественного мегаполиса.
Шофер озабоченно косится в мою сторону, точно хочет что-то сказать. Его зовут Володя. Да, по-моему, Володя… Но я не уверена, нет. Я не уверена, что, пока меня не было, его не заменили кем-нибудь другим, более удобным. Более контактным, менее разговорчивым, менее аберрированным – все же шофер офицера по особым поручениям поневоле посвящен в тайные дела нашей Организации куда глубже, чем это рекомендовано особым отделом для служащих категории D…
Его лицо сложно выделить в толпе, и описать его не представляет особой трудности – точка, точка, запятая…
Он хочет заговорить, но никак не решится. Еще во время встречи в аэропорту он слегка удивил меня какой-то непривычной ликующей суетливостью.
Я закрываю глаза, откидываюсь на сиденье. Механически прокручиваю в уме утомительный двенадцатичасовой перелет через океан, последние две недели в Блэкуотере, США. И вдруг резко спрашиваю:
– Вы хотите что-то сказать?
Шофер оборачивается, успевая одновременно левым боком оттереть особенно бойкий автомобиль, что лезет прямо перед нашим бампером в узкое полуметровое пространство между машинами.
– Марина Леонидовна, вы еще не сказали, как вам новая лошадка.
Веселые лучики морщинок разбежались вокруг глаз. Глаза у него голубые, живые, с черной точкой бдительного зрачка. Да, по-моему, его действительно зовут Володя, я не ошиблась.
– Новая лошадка? – не понимаю я.
Недоуменно оглядываю салон. Действительно, кажется, новая: новые кожаные сиденья, угодливо принимающие форму усталого тела, тонированные стекла, и потом еще цвет…
– Старую «Волгу» отдали завхозу, а вам решили выделить эту Красавицу. – Володя гордится новой машиной, как будто это его персональный автомобиль. – Недурная лошадка? – повторяет он хвастливо.
