Автор
В темноте, с ледяным дождем на капоте машины, твое замешательное "Я видела..." ожесточенно отзывается среди ночи. Альберт отрешённо выспершись в сиденье, словно мир уже не существует за окном. Ночная дорога кажется бездонной пропастью между нами — и мы знаем, что этот разговор может изменить всё....
— И что?
— У нас ретенку три года… — холодно сказала я, в принципе не собираясь рассказывать о том, как она могла и это вообще некрасиво так увиваться за чужим мужем. — И браку одиннадцать лет. Не смущает?
Наташа повела плечиком, отвела взгляд, и я дернула на себя папку с ее бумагами.
— Знаешь, — вдруг отозвалась она. — Я ведь к нему в трусы не лезла…
Ах ты коза!
Я мило улыбнулась, прижимая к себе ее документы и тихо уточнила:
— И правильно, там все равно ничего кроме члена нет, — по лицу Наташи скользнула тень не разочарования, а скорее усталости, и я добавила.
Наташа вся вспыхнула.
На щеках проступили красные пятна, которые тут же поползли ниже.
Да, я врала."
"Ничего Альберт на меня не оформлял, но пусть теперь докажет, что он верблюд. И к тому же это я драки за мужчин не признавала, а вот то, что у моего ребенка собирались кусок имущества откусить…
Нет.
— Я передам документы, не переживай, — сказала я елейным голосом. — Но не факт, что Альберт без моего ведома их подпишет, поэтому не обессудить. Я против махинаций с доходами.
— Все равно спасибо, — поджала губы Наташа, а я кивнула.
Через пару минут я стояла и разглядывала документы, ничего особенного, ксерокопии. И странно, что в век технологий все это не отправили через мессенджер.
Я собрала в кучу бумажки и смяла их. Запихала в туалетное ведро и вышла в зал.
На часах было начало девятого. Ужин мне готовить не надо было, поэтому я села ждать своего мужа.
Альберт приехал ближе к десяти и споткнулся на входе, когда я голосом из темноты его огорошила:
— Знаешь, я подумала… — Альберт резко включил свет и застал меня сидящую на диване в чёрной сорочке и таком же чёрном халате. — Открытый брак только с твоей стороны этот как-то жирно.
Альберт стянул с плеч пальто и усмехнулся:
— Весь день репетировала? — спросил он усмехнувшись и прошёл через зал в кухню. Я качнула в руке прозрачный высокий бокал с кофе и зажмурилась. — Поэтому времени на ужин не хватило?
— Ты не инвалид, приготовь себе сам… — отозвалась я, ощущая мелочную радость пополам с горечью и болью, которая пульсировала где-то в груди.
