Автор
В темноте, с ледяным дождем на капоте машины, твое замешательное "Я видела..." ожесточенно отзывается среди ночи. Альберт отрешённо выспершись в сиденье, словно мир уже не существует за окном. Ночная дорога кажется бездонной пропастью между нами — и мы знаем, что этот разговор может изменить всё....
Я не хотела вмешиваться, потому что думала, что они там обсуждали то, что Альберт не будет жить с нами, но спустя час муж вышел из детской и тихо сказал:
— Макса выключило…
Муж осмотрелся, ища следы чего-то нового по квартире, но я только на следующий день вообще смогла убрать со стола и на этом инициативность закончилась.
— Ты сказал ему? — спросила нервно я, убирая в овощной отдел цветную капусту.
— Как ты себе это представляешь? — сложил на груди руки Альберт и оперся бедром об остров в центре кухни, наблюдая, как я топталась у холодильника.
— И что ты предлагаешь? И как мне продолжать врать? Или ты под шумок решил вернуться, раз я не приползла к тебе и не стала умолять об этом? — из меня лился яд, потому что в глубине души я не простила Альберту ни его уход, ни его предательство.
— Очень надо жить в доме, где тебя за часть семьи не воспринимают, — фыркнул Альберт.
— И откуда интересно у тебя такие выводы? Ты каждую часть опросил? — язва во мне как проснулась, так и на планировала засыпать, поэтому я сцеживала накопившийся за эти три дня яд.
— Мне достаточно твоего мнения. Я же по-твоему урод моральный, извращенец, а я не знал просто как тебя еще тряхнуть. Я понимал, что если просто подойду и скажу, что давай разнообразим нашу постель, то ты конечно кивнешь, но результат все тот же. Или вообще не будет. Я столько раз тебя об этом просил.
— Поздно ты сделал это уточнение, — зло сказала я, ничего не видя перед глазами из-за слез и со всей силы ударила ножом по огурцу!
Глава 38
— Самое время, — сказал Альберт и шагнул ко мне, вырвал из рук нож. Я дёрнулась в сторону, зашипела.
— Не смей! — прохрипел у меня голос. — Если ты думаешь, что одно уточнение исправит ситуацию, то ты ошибаешься. Не будет такого. Ты сделал свой выбор!"
"— Какой? — зарычал Альберт и его пальцы больно впились мне в талию.
— Ты сейчас по больному бьешь! — прохрипела я, облизывая губы, и Альберт не выдержал.
