Автор
Вступаясь за древний клен под окнами своего дома, я погружаюсь во мрак семейной тайны и страстную любовь к цветущим вишням. Воздух щекочет нос летним дыханием, а солнце ожесточает кожу, приглашая на открытую террасу. Здесь я окунаюсь во мрак семейной тайны и страстную любовь к цветущим вишням, будто заслуживаю все это чудо только благодаря теплу сердца и щемящей нежности....
Длинноволосый блондин с холодными синими глазами и пепельными волосами в тёмно-синем камзоле. Наследник правящего рода, благодаря вмешательству которого Тиррэн оставил меня в покое.
— Леди Шанси, — произносит низким ровным голосом. — Рад видеть вас в добром здравии и благодарен за гостеприимство.
Слышу звук отодвигаемого стула и приближающихся шагов. Вижу перед собой протянутую руку со знакомым фамильным перстнем. Принимаю её и поднимаю глаза на мужа.
На Освальде парадный камзол из чёрного бархата с золотистой вышивкой.
Его присутствие успокаивает. Чувствую себя в безопасности. Освальд берёт мои прохладные пальцы в свои горячие шероховатые ладони и ободряюще их сжимает. Отводит меня в сторону к стене, обтянутой тёмно-зелёным шёлком.
— Дорогая, — подносит мои руки к губам и касается их, не сводя с меня внимательного взгляда янтарных глаз с вертикальным зрачком. — Как всё прошло? Мистер Драгос принял тебя?
— Да, да, всё прекрасно, место моё, а у вас тут.
Растерянно смотрю на мужчин за столом, затем снова на мужа.
Внезапно понимаю, что Освальд выглядит намного лучше, чем накануне.
Лицо по-прежнему осунувшееся, зато нет больше привычной бледности и тёмных кругов под глазами. И непрекращающийся кашель исчез. Неужели, он идёт на поправку? Счастье, если так!
— У нас тут небольшое срочное совещание, — склоняется к моему уху и добавляет еле слышно. — В столице неспокойно.
— Что там стряслось? — шепчу испуганно, заглядывая ему в глаза.
— Готовится переворот. Замешана армия. Шпионы повсюду и даже у стен есть уши. Доверять нельзя никому, поэтому мы собрались здесь. Лорд Мэрвир был в академии, и вызвал всех сюда.
— Ох, — только и говорю, заслоняя ладонью рот.
— Эйвилин, я буду признателен, если ты проследишь, чтобы ужин был накрыт подобающе. И чтобы подготовили комнаты. Мы не ждали гостей, но… сама понимаешь.
Он показывает глазами на наследника.
— Конечно, милорд! — киваю, затем кладу ладонь на грудь дракона, на область сердца.
Подушечки пальцев гладят мягкий бархат. Всё внутри наполняется нежностью. Он столько сделал для меня, этот великий человек, и я рада, что могу помочь ему хоть чем-то, пусть даже в такой малости.
В лепёшку расшибусь, но всё будет на высшем уровне! Чувствую острое желание хотя бы немного разрядить тревожную обстановку.
