В коридоре звучал смех, но это была не доченьки. Сердце учащенно стучало — знакомый голос прервал тихий дом. Я на мгновение замерла за края комнаты, прежде чем решительно приоткрыть дверь.
Или скажешь, что не помнишь ничего? – ядовито протянула она.
Я вздрогнула. До этого мы с Шэрон мало говорили про прошлую жизнь Мэри. А теперь, видимо, узнав, что я попаданка и «быстрее, выше, сильнее», чем она сама, обычная горожанка без магии, взъярилась на меня.
– Нет, – негромко ответила я. – У нас с Альдором были разные жизни. Пересекающиеся за семейными обедами. Альдора не интересовала работа. Ну, как Феба и Джона. Он же аристократ.
– И чем твой Альдор занимался тогда? – фыркнула пренебрежительно Шэрон. – Вышивал крестиком? На охоту ездил? Пшеницу выращивал?
– Нет, для этого у него были управляющие, – мягко улыбнулась я, погрузившись в воспоминания Мэри о прошлом.
Я нахмурилась, вспоминая глазами Мэри, каким Райнор был слабым, больным, почти полумертвым, загибающимся от головной боли в ту единственную встречу.
Больше Мэри не ездила к Райнору. Кажется, пару раз предложила, но Альдор зарычал, а может, даже поднял на нее руку, ревностно оберегая покой больного брата, который ненавидел общество других людей? И Мэри заткнулась со своей заботой о ближнем.
– О, они были так близки… – протянула Шэрон. – Наверное, если Альдор – убийца твоей сестры, как ты постоянно твердишь, то этот несчастный брат-инвалид, который и с постели-то, наверное, не встает, знает об этом? Логично ведь было бы, посуди сама, открыться брату.
"– Отличная идея… – проговорила медленно я, сцепляя пальцы, и поднялась на ноги. – Спасибо, Шэрон.
– Но это опасно! – вспыхнула Шэрон.
Было видно, что она сама не рада, что подала мне такую идею.
