В коридоре звучал смех, но это была не доченьки. Сердце учащенно стучало — знакомый голос прервал тихий дом. Я на мгновение замерла за края комнаты, прежде чем решительно приоткрыть дверь.
Ведь за окнами уже стояла глубокая ночь, больше никакого света не было. На столике стоял поднос с двумя чашками. В комнате было всего двое, так что Джон сам протянул одну из них Фебу. Над ней поднимался ароматный пар. Кажется, чабрец, мята и немного липового цвета, дающего медовую нотку? Джон не был уверен. Всей этой прелестью его упорно снабжала младшая сестра – Кристина, уверенная, что по долгу службы Джон вечно рискую заработать простуду в засадах по сырым подворотням. Что ж, это была единственная женщина, которая заботилась о нем.
– Так что у вас с Мэри Соул? Стоит она того, что ты так подставляешься? – усмехнулся Джон по-дружески. – Насколько у вас уже все далеко зашло.
Феб неловко поежился в кресле и отхлебнул чаю. Вкусный чай с какой-то прохладцей и медовым оттенком во вкусе.
– Я ее люблю и хочу на ней жениться! – гордо брякнул Феб, но затух, отставив чашку в сторону. – Ну… Если она захочет. А то у нее муж – важная шишка при дворе. Сам знаешь. Еще и красавчик, каких мало! Захочет ли она уйти к обычному дознавателю, вот вопрос. Эх, мне бы хотелось, знаешь… Найти какой-то артефакт! Говорят, в Эрлае они попадаются.
Ой. Кажется, Феб разболтался и нес чушь? Его лоб мгновенно стал горячим и влажным. Оставалось надеяться, что от жара камина, а не от болезни. Еще не хватало Джона напрягать лечением своим!"
"– А Альдора тоже пусть ведьма к кому-нибудь приворожит? – фыркнул Джон, становясь в паре шагов и опираясь бедрами на подлокотник кресла позади себя вместо того, чтобы сесть в него.
Джон покачал головой, отхлебнув горячего чая из чашки.
