В этот особенный день свадьбы Тимур не мог поверить своим ушам. Но оказывается, всё было иной: ложь заменила правду, а измена разрушила сказку их жизни. Узнав правду о скрытых днецах, я поняла, что нас больше никогда не будет — ни как семьи, ни как людей, доверившихся друг другу....
– Вот же черт… Ты… Черт!
От испуга кинула в так неожиданно возникшего на моем пути мужчину туфлю, попав ему в голову огромным каблуком. Потом кинула вторую, он увернулся, а дальше в ход пошла сумочка с телефоном внутри.
– Ты кто, мать твою, такая? Черт, больно же! Да прекрати ты орать! Стой! Стой, куда, дура?! Там…
Не разбирая дороги, бросилась к входной двери, открыв, шагнула за порог и упала, больно ударившись грудью и лбом.
– М-м-м…
Лучше бы я умерла раньше.
– Эй, ты живая? Эй…
Меня трясут за плечо, переворачивают, а перед глазами все плывет.
– Встать сможешь? Давай помогу.
Чувствую себя безвольной тряпкой, но встать не могу, меня поднимают на руки, снова куда-то несут, а потом опускают на мягкую поверхность.
Все, сейчас мне просто хочется умереть, я устала от приключений, падений и жестокости судьбы.
– Попей воды, да, так, не торопись. Все хорошо?
– Нет, – отвечаю, не открывая глаз.
– Крыльцо ремонтируют.
Все в этом мире против меня, даже крыльцо.
– Ты кто такая? Подружка Тимура?"
"Голос молодой, это точно не мой похититель, хоть я не разглядела в панике мужчину. Сощурилась, открыв глаза, вижу склонившегося надо мной парня, он потирает лоб, морщится. Темноволосый, короткая стрижка, густые брови, светло-карие глаза. Ему, наверное, лет двадцать пять, пьет из моего стакана воду, изучая меня.
– Ты кто такая?
– А ты кто?
– Подружка Тимура или шлюха?
– Я не шлюха!
Это оскорбление возмущает больше всего.
– Ну, да, да, вы все так говорите, – парень открыто издевается.
– Я не знаю, как оказалась здесь, очнулась в спальне, пошла вниз, а тут ты.
– И решила просто убить меня туфлями? Ты хоть понимаешь, что это нападение, а ещё проникновение в чужой дом?
– Я не убивала, не нападала и не проникала. Это ваше крыльцо чуть не убило меня, – тру шишку на лбу, а еще саднят колени, и ноет правая лодыжка.
– Так тебя привел Тимур?
– Я не знаю никакого Тимура, точнее, тот мужчина не представился.
– Ну уж нет, детка, пока ты не расскажешь, кто такая, я тебя отсюда не выпущу. Ночь длинная, а мне скучно.
Парень пропал из вида, а потом вернулся с бутылкой пива, открыл ее и вальяжно устроился в кресле напротив меня.
И что мне делать?
– Давай, я жду увлекательную историю. И можешь не вставать, мне нравятся твои длинные ноги.
Вот же наглый какой, а еще надменный.
