В этот особенный день свадьбы Тимур не мог поверить своим ушам. Но оказывается, всё было иной: ложь заменила правду, а измена разрушила сказку их жизни. Узнав правду о скрытых днецах, я поняла, что нас больше никогда не будет — ни как семьи, ни как людей, доверившихся друг другу....
Но вот девушка опускается на колени и начинает расстегивать своему спутнику брюки.
Рука потянулась остановить запись, перемотать, не хотелось быть даже таким свидетелем интимной сцены, но пальцы замерли в миллиметре от кнопки. Мужчина повернулся в профиль, запрокинул голову, а потом поднял левую руку, чтобы ослабить ворот рубашки.
На запястье блеснул браслет. Золотой, массивный, очень приметный.
Такой же у моего мужа.
Во рту пересохло, я задержала дыхание, моментально накрыла паника, ладони покрылись липким холодным потом.
Я продолжала смотреть, теперь узнавая во всем своего мужа.
Человека, который на записи стал им всего несколько часов назад.
Слезы обжигали щеки, но я продолжала смотреть, а оператор, словно снимая специально для меня, показывал то, что происходило за кадром красивой свадебной картинки.
Спустя несколько минут, как девушка делала минет моему мужу, Тимур дернул ее на себя, развернул спиной, заставил лечь грудью на разделочный стол. Задрал платье, грубо шлепнул по ягодицам, начал что-то искать в кармане, нашел, оторвал зубами, сплюнул, бросив упаковку на пол.
Отвернулась на секунду, зажмурила глаза, понимая, что Тимур надевает презерватив, это его жест, он так делал со мной несколько раз, когда хотел близости, а у меня были месячные.
Когда вновь посмотрела на экран, Тимур уже вовсю жестко трахал брюнетку, слышались сдавленные хрипы и стоны, а еще шорох. Камера тряслась, потом опустилась в пол, и изображение совсем исчезло.
В груди жгло огнем, словно в нее вонзили острый длинный нож и провернули несколько раз.
Нет, я не верила своим глазам.
Этого не могло быть.
Это какая-то подстава, чья-то злая шутка. Но на экране вновь улыбались гости, что-то желали новобрачным, танцевали. Мой старший брат принял лишнего и пытался залезть на стол. И вот в кадре снова появился Тимур, он уверенно шел через зал ко мне, обнял, поцеловал в висок, прижимая к своей груди.
Нет, мне все показалось.
Он не мог так поступить.
Не в день нашей свадьбы.
Но он мог.
Он сделал это.
Я убедилась в этом три раза, когда именно столько пересмотрела запись.
А может, он делал это все время? Весь год, что мы вместе и пытаемся завести ребенка? Что, если у Тимура есть любовница? Вторая семья? Ребенок от другой женщины?
Испуганно вздрогнула, когда открылась дверь спальни, нервно захлопнула крышку ноутбука, стирая слезы.
