Автор
В тёмном зале, усыпанном позолотой и отделанных деревянными панелями стенами, я чувствую себя заинтригованной. Комната напоминает средневековую библиотеку, где воздух плотнее обычного, словно там живёт дух прошлого. Я не сразу сообразила, что это шутка — мой дед Георгий Александрович сидит в кресле, а я сама тайно встречаюсь с человеком, чьё имя мне пока неизвестно....
Кажется, я начинала стонать и глотать воздух от одного лишь прикосновения.
И уже совершенно точно делала это, когда его пальцы нежно коснулись моей левой груди, огладили её напрягшуюся вершину.
Но я не успела прочувствовать остроту ощущения до конца — он прокинул меня на спину, и горячие губы уткнулись мне в солнечное сплетение, проложили дорожку до пупка и двинулись ниже.
Настойчивые пальцы потянули вниз широкую резинку пижамных штанов.
Я вытаращилась в потолок и едва слышно выдохнула:
— Ч-что ты де… делаешь…
— Извиняюсь, — шепнул супруг и продолжил сладкую пытку, окончательно освобождая меня от одежды.
Не уверена, что я соображала, слушая его объяснение. И уже точно не соображала, когда он коснулся губами внутренней стороны моего бедра."
"Но я и знать не могла, что это только начало…
Глава 53
Сладкая и немилосердная тяжесть собралась в самом низу живота, доводя меня до исступления. Но даже сейчас, даже после всего, что успело между нами случиться, я непроизвольно вздрогнула от прикосновения его губ к нежной коже и попыталась закрыться.
Внезапно наши лица оказались вровень. Он склонился к моему уху.
— Полина, — его жаркий шёпот обжёг мне шею, — прошу тебя, не мешай мне извиняться.
Я непроизвольно сглотнула, сдаваясь на милость низкого, хриплого голоса. Говорить я уже не могла, поэтому лишь кивнула, и спустя всего пару мгновений его губы жадно прижались к средоточию моей сладостной боли.
Я застонала — открыто и громко. Слишком острым и неожиданным было ощущение этой новой для меня близости.
Муж меня не щадил, доведя до границы в считанные мгновения. Мир вокруг вспыхнул слепяще белым и на миг будто вытолкнул меня из себя — задыхающуюся и обессиленную.
Но близость… настоящая близость последовала только потом.
И на этот раз не было ни страха, ни боли, ни унижения.
Когда мир перестал взрываться тысячью солнц и я смогла приподнять веки, обнаружила себя на боку, в кольце его рук. Но стоило мне чуть откинуть голову, чтобы взглянуть на мужа, как его губы отыскали мои, и на время мне стало не до разглядываний.
И как-то само собой всё повторилось.
