Автор
В тёмном зале, усыпанном позолотой и отделанных деревянными панелями стенами, я чувствую себя заинтригованной. Комната напоминает средневековую библиотеку, где воздух плотнее обычного, словно там живёт дух прошлого. Я не сразу сообразила, что это шутка — мой дед Георгий Александрович сидит в кресле, а я сама тайно встречаюсь с человеком, чьё имя мне пока неизвестно....
— Наказывать меня… вот так.
— Так ты это так воспринимаешь, — гнев, замешанный на жёгшем тело желании, поднимался в нём с опасной быстротой, — как наказание.
— Ничего другого я, очевидно, не заслужила, — она мелькнула мимо него и поспешила спрятаться в безопасности своей спальни.
Глеб выругался — вслух и громко.
Он хотел на неё злиться. Хотел ненавидеть. Но всё, что сейчас видел, припухшие от поцелуя губы и этот взгляд…
За дверью собственной спальни он едва успел сорвать с себя верхнюю одежду, швырнуть на кровать телефон.
Душевая стала спасением.
Струи горячей воды обрушились на его плечи и голову.
Он опустил руку на свою напряжённую плоть.
Ему даже делать особо ничего не пришлось.
На губах вновь её сбившееся дыхание. Под пальцами — упругое тело.
И — всё. И этого оказалось достаточно.
Больше не сдерживаясь, он застонал, привалившись плечом к нагревшейся матовой плитке.
Отдышавшись и вымывшись, выбрался из душевой, но не из своей головы.
Это. Сегодня. Вынужденная мера.
Надолго его не хватит.
И он должен решить, что делать с этим безумием.
Становиться его заложником он не собирался.
Глава 36
Я торчала за своим рабочим столом, размазывая по лицу слёзы. Хотя должна была размазывать крем по остывшему коржу Бисквита Королевы Виктории.
Вчерашний день… за всю жизнь не было у меня ещё таких странных дней. Ни встреча с дедом, ни встреча с Уваровым, ни даже свадьба ни в какое сравнение не шли.
Почему?
Всё очень просто."
"Потому что в тех ситуациях я, невзирая на шок, оставалась собой.
Но вчерашний день пошатнул во мне эту веру.
Да что там пошатнул, потряс до самого основания.
Я прикрыла глаза и тихонько всхлипнула, отирая тыльной стороной ладони мокрые щёки. Отодвинула чашку с кремом подальше, чтобы ненароком и его слезами не залить.
Губы будто до сих пор саднили от вчерашнего поцелуя. В ушах стояло наше шумное, неровное дыхание.
Так не должно быть!
Я не должна вспоминать вчерашнее вот так! С замирающим сердцем и подгибающимися коленями!
Я что, нимфоманка какая-нибудь? У меня что, раздвоение личности? Я терпеть не могу своего мужа, а от вчерашнего до сих пор отойти не могу.
Как такое возможно? Разве… разве это нормально — хотеть и ненавидеть кого-то одновременно?
Хотеть!
Это ещё откуда? Да не хочу я его! Просто его поцелуй застал меня врасплох.
