Автор
Внутренняя атмосфера книги "Измена. Не возвращай нас" наполняется настороженностью и секретными переживаниями, когда ты случайно слышишь разговор супругов за закрытой стеклянной дверью. Героиня не знает, что слышит или почему так тревожно гадает о будущем, но холод и нервозность в ее чувствах говорят о том, что она на пути к большому的秘密у....
— Изнасилование? Ты смеёшься, там до меня тебя насиловали, не перенасиловали, если уж и писать, так это в тот момент, когда ты вылезла из моей тачки. А сейчас ты хрен что докажешь, особенно если учесть, что ты беременна не моим ребёнком.
Зоя прикусила губы.
Я оскалился
В этот момент влетел в кабинет врач и увидел нас двоих спокойных.
— Полиция уже едет.
— Да, да, спасибо,— холодно проронил я, взмахнув рукой. — Ну, все успокоилось, мы во всем разобрались.
Я понимал, что я из этого разговора больше ничего не выжму, но, тем не менее доводить ситуацию до абсурда уже не было смысла.
— ЭЙ, не смей меня бросать здесь.
— Что такое? — холодно, уточнил я. — Тебе не впервой. Как-нибудь доберёшься до дома.
Зоя дёрнулась на меня, но в этот момент врач перехватил её.
— Девушка, девушка, успокойтесь, сейчас все будет хорошо. Сейчас приедет полиция. Мы все выясним. Мы обо всем договоримся, молодой человек, не уходите.
Вы что?
Но мне было уже плевать. Пусть что хотят, то и делают.
Твою мать.
Осознание того, какое я последнее чудовище меня просто выжирало. Я понимал, что так дело не может продолжаться. Я сделал шаг со ступеньки, и в этот моментиз-за поворота показался знакомый внедорожник.
Давыдов притормозил возле медцентра и тут же, выскочив, налетел на меня.
— Ты что творишь.
Я не дал ему никуда пройти.
Я просто схватил его за горло.
— Как ты здесь оказался? — спросил я холодно, понимая, что не бывает таких совпадений.
Давыдов растерянно на меня посмотрел, приоткрыл рот.
— Олег, очнись.
— Повторюсь, как ты здесь оказался, отвечай!
38.
Олег
Давыдов дёрнулся, выкатил на меня глаза и дрогнувшим голосом прохрипел:
— Глонасс, я отследил твою тачку по системе антиугона.
Я тяжело выдохнул, толкнул от себя Давыдова и спустился по ступенькам вниз. Он остался стоять у дверей медцентра и растерянно смотреть то на стекло, то на меня.
— Олег, твою мать, что ты делаешь? Что ты творишь? Ты же понимаешь, что это не может долго продолжаться, — донёсся до меня его голос, и я с трудом сдержался, чтобы не рявкнуть на него. — Олег, ты всех подозреваешь. Ты сорвался на мне, что ты думал, что ты хотел от меня услышать, что я всю эту кашу заварил? Да я, блин, знать не знаю, что у тебя в жизни происходит, но только понимаю, что какое-то дерьмо, Варя в реанимации, ребёнок...
