Венецианская эпоха революционизирует военную тактику и политическую манеру, а история Александра Македонского раскрывается как призма света в дымке тьмы этого века. Измены, любовные страсти и завоевания на Имперском Поднебесном соприкосаются в этой исторической опере....
— Никогда не рассчитывала на то, что доживу до старости.
И она нажала на кнопку.
Стоя на расстоянии в тридцать футов, Стефани видела, как Виктор направил на Кассиопею пистолет. Она также заметила, как перед этим он положил на землю какой-то предмет, но Кассиопея отвернулась, и было невозможно понять, что происходит. Вертолет превратился в огненный шар.
Это даже был не взрыв. Ослепительный свет разлился во все стороны, словно родилась сверхновая звезда. А через долю секунды к вспышке присоединился грохот, прокатившийся над всей долиной.
Кассиопея поднялась с земли. Виктор стоял рядом.
— Похоже, он вновь на нашей стороне, — заметил Торвальдсен.
Виктор указал на двух охранников и пролаял какую-то команду на русском, как ей показалось, языке. Мужчины куда-то побежали. Кассиопея устремилась к дому.
Малоун поднялся по ступенькам следом за Эли и вновь оказался в библиотеке. Откуда-то из глубины дома раздавался глухой стук, и он сразу же заметил, как изменилась температура.
— Эти штуковины активированы.
За дверью библиотеки горело все. Снова послышался стук, на сей раз ближе. Становилось все жарче. Малоун кинулся к двери и выглянул из нее. Коридор был непроходим ни в ту, ни в другую сторону. Пламя пожирало пол и двигалось по направлению к нему. Он вспомнил, что сказал ему Эли: «Меня всего обрызгало этой дрянью».
— А ну-ка, помоги! — крикнул он Эли.
Тот сунул флэш-карту в карман и ухватился за один конец небольшого дивана. Малоун взялся за другой. Общими усилиями они подняли его и швырнули в окно. Стекло разлетелось, и диван вылетел наружу, расчистив для них путь к отступлению.
— Стул! — выкрикнул Малоун. — Действуй стулом!
Огонь ворвался в библиотеку и набросился на стены. Вспыхнули полки со стоящими на них книгами. Малоун и Эли схватили стулья и принялись вышибать ими оставшиеся осколки.
Загорелся пол. Все, на что попала горючая смесь, моментально занималось пламенем. Времени не оставалось.
Оба мужчины прыгнули в окно.
