Автор
В глубокой эмоциональной яме Виты находится мир ее сна: муж в неумолимом сексуальном сне унизил ее. Пока она наблюдая и борется с собой за контроль, он обнимает ее, как любовник... Но это не его, это — измена. Книга "Измена. Право на любовь" Арины Арской держит в напряженном кресле читателя, где каждая мышца тела Виты противостоит силам наказания и прощения....
Похоже, «Измена. Право на любовь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Видимо, тот маленький мальчик за дверью не поверил отцу и в его раскаяние? — папа печально смотрит на меня.
— Нет, не поверил.
— Тебе бы было легче, если бы мы были в разводе?
— Я думаю, что тогда бы не случилось этого разговора, — открываю глаза и слабо улыбаюсь, — Ты решил отремонтировать крепость, и это, наверное, ценно. Да, трещины остались, но через год вокруг крепости расцветут черные розы.
— Да они, сволочи, еще капризные же, — папа возмущенно цыкает. — Буду тайком подливать специальную подкормку именно для этих роз, чтобы они не сдохли.
— Ты уж постарайся, чтобы не сдохли.
— Боюсь, что тогда ко мне заявятся маньяки-цветочники и закопают живьем в лесу.
— Тогда надо очень постараться, — киваю я.
— Тогда я беру тебя в сообщники, — безапелляционно заявляет папа.
— Что? — в изумлении охаю я.
— План такой, ты отвлекаешь маму, пока я прокрадываюсь в сад и подсыпаю в корни волшебной подкормки, — достает из кармана пиджака небольшую бутыль из темного стекла.
— Как мне ее отвлечь?
— Не знаю, — беспечно пожимает плечами и прячет бутыль в карман, — это же твоя часть работы.
А мне нравится эта игра. Меня охватывает детское озорство, о котором я уже забыл.
— Ладно, — решительно встаю. — Я готов.
— Отлично, — отец откладывает книгу на низенький столик с резными ножками.
Выхожу из библиотеки, спускаюсь на первый этаж и решительно выхожу в сад, в котором мама возится с саженцами.
— Ма.
— Да, милый, — задумчиво рассматривает корешки, сидя перед лункой на корточках.
— Ма, надо поговорить.
— О чем? — оглядывается.
А вот причину для разговора я не придумал. Мама хмурится, откладывает саженец и встает. Снимает перчатки и вздыхает:
— С отцом поссорился?
— Нет… Идем поговорим…
Вижу по глазам, что мама пугается. Поднимается на крыльцо, и я ее приобнимаю за плечи:
— Чай попьем?
— О, господи, точно поссорились.
Веду ее через холл в гостиную:
— Просто хочу чая.
Незаметно и мельком оглядываюсь.
— Вы оба очень сложные, Артур, — недовольно бурчит мама. — Я думала, что хотя бы когда ты станешь взрослым, будет полегче…
И я ее обнимаю. Крепко и ласково:
— Мам.
— Я сейчас получу сердечный приступ.
— Мам… — повторяю я. — Не думал, что я скажу это, но…
— Не тяни кота за хвост…
— Он тебя любит, и баб у него никаких нет.
— Но могут появиться, — обиженно бубнит в грудь.
