Автор
В офисе Андрей уже почти вышел, но ещё стоит поболтать. Обычно он редко задерживается, поэтому ежедневные обеденныеgatherings стали для них чем-то вроде привычки. За последние недели это уже третий раз. Андрей взглянул на часы — шесть вечера. "Нет, ничего серьезного," начал он, затем быстро добавил: "Просто у меня завал на этой неделе. Настя, занимайся своими делами, ладно?"...
А твоя мама подкинула его.
Он криво усмехается, как будто моя попытка объясниться только подтверждает его правоту.
—Зато теперь, у меня появился мужчина, который мной восхищается! — безбожно вру я, чтобы сделать ему так же больно, как он сделал мне.
— Рад за тебя, — произносит отстранённо, хладнокровно, и от этого мне становится только хуже.
— Мне твоя радость не нужна! — Я почти кричу, но сдерживаюсь, чтобы не разбудить Машу. — Прибереги её для Светланы! А за меня есть кому радоваться.
Андрей прикрывает глаза и выдыхает, словно пытается сдержать вспышку гнева:
— Знаешь, я всегда думала, что в браке нужно работать, даже если это тяжело, — говорю я, чувствуя, как в голосе проскальзывают нотки отчаяния.
На секунду мне кажется, что он не выдержит, что он сорвётся, что его лицо исказится от гнева.
— Ты всегда знала, как задеть меня, — тихо отвечает он. — Но откуда тебе знать, как там у меня было?
— Так, ты сам мне говорил, что тебе надо было напряжение снимать в обед! Разве, не так?
— Так, — рявкает.
— Тогда что ты здесь делаешь, Андрей? — спрашиваю я, горечь пропитывает каждое слово. — Зачем мучить нас обоих? Понимаешь ли ты, что своим появлением только усложняешь всё? Маше будет гораздо больнее, если ты снова исчезнешь.
— Я делаю это ради неё. Ты не хочешь меня видеть, я это понимаю. И поверь, я сам не знаю, правильный ли это поступок. Но я не могу просто уйти, потому что хочу, чтобы она знала, что я рядом. Пусть даже на какое-то время.
Он отворачивается, и в полутьме мне кажется, что я вижу проблеск сожаления. Впервые мне становится страшно от осознания, что, возможно, он действительно сожалеет о случившемся.
Наступает молчание, давящее и болезненное. Я не могу подобрать слов. На этот раз мне больше не за что зацепиться, потому что я вижу перед собой не того, с кем провела столько лет, а совершенно чужого человека.
Стараясь не смотреть на него, поворачиваюсь лицом к стене и укрываюсь одеялом, пытаясь спрятаться от этой жестокой реальности. Спустя несколько минут слышу, как Андрей тихо ворочается на полу, устраиваясь поудобнее.
