Автор
1 сентября Петя Самойлов рыдал горькими слезами. Он опустил голову между рук и сжал зубы, но не мог остановиться ни на секунду. Саша Вострикова — его лучшая подруга в очках и косе — тихо утешала, гладила по волосам, словно возвращая уверенность в обычный мир. Эти две девочки — часть его жизни, но сегодня что-то прерывало их спокойствие непонятной тревогой....
Будто я попала под очень прочную крышу, что спасёт меня и от дождя, и от ветра. И вообще – от всех передряг, что ещё не однажды со мной случатся.
Я слышала его низкий стон, что врывался вибрацией прямо в губы. Я чувствовала его возбуждение и не боялась. Не страшно, оказывается.
Почему-то я знала: он ничего не сделает против моей воли. Отступится, если я скажу «нет».
– Красивая, – прошептал Илья и снова нежно большими пальцами погладил мои виски. – Выгони меня, пожалуйста. Нет, не надо, – рассмеялся он, – я уйду сам.
– До встречи, Илья.
Он уходил красиво – с кривой ухмылкой на губах – неизменной фишкой его обаяния. Но глаза его говорили о другом. О нежности. О том, что уходить не хочется, но он сильный, и поэтому не торопит меня, за что я ему была очень благодарна.
– Маш, поговори со мной, – взмолилась, как только подруга ответила на звонок.
– Ты только сразу скажи: у тебя всё хорошо? А то знаю я твою манеру рассказывать с конца, упустив глубокую жопу, куда ты в последнее время повадилась попадать.
– Да, сейчас всё у меня хорошо, – заверила я её, смеясь. – Или нет. Я и сама не знаю.
– Ну, давай тогда всё по порядку.
И я рассказала. Как могла.
– Вот это у тебя фонтан, подруга! – присвистнула Машка. – Как на вулкане! Гейзер в небеса! Что Ваде надавал твой Рейнер – это хорошо. Хоть кто-то сделал так, как он давно выпрашивал.
– Я не могу так, – прикрыла я глаза, – внутри всё перемешалось. Он же мне не нравился, а теперь вроде да. Так бывает?
– Да по-разному бывает, Ань. И качели ещё никто не отменял. Сегодня ненавидишь, завтра любишь. Послезавтра убить готова. Это эмоции, восприятие. Но о человеке много говорят поступки. Он может быть жёстким и властным, а одновременно – нежным и заботливым.
– Мне бы в себе разобраться, – вздохнула я, отпивая холодный кофе.
– Разберёшься, – уверенно заявила Машка. – Всё встанет на свои места однажды. Тебе нужно время. Рейнер его тебе дал.
