Автор
1 сентября Петя Самойлов рыдал горькими слезами. Он опустил голову между рук и сжал зубы, но не мог остановиться ни на секунду. Саша Вострикова — его лучшая подруга в очках и косе — тихо утешала, гладила по волосам, словно возвращая уверенность в обычный мир. Эти две девочки — часть его жизни, но сегодня что-то прерывало их спокойствие непонятной тревогой....
И уже Нонна умоляла меня не лезть в её семью. Говорила, что любит его."
"Илья замолчал. Горечь залегла в уголках его губ и притаилась в морщинках у глаз.
– И однажды один из ударов оказался последним, – пробормотала я, содрогаясь. Вспомнила его слова в клинике.
– Да, – кивнул он и ожил, обнял меня за плечи. – Ну, что ты, девочка, что ты?.. Я не хотел тебя напугать.
А я всё равно дрожала, переживая и представляя тот ужас, что пришлось пережить не взрослому и самодостаточному Илье Рейнеру, а мальчику Илюше, вчерашнему школьнику.
– Я хотел, чтобы ты понимала. И чтобы не боялась. Мне уже не восемнадцать и не девятнадцать, и я смогу тебя защитить.
– Он не… – покачала я головой и прокашлялась: голос неожиданно сел. – Вадим никогда не бил меня. До того дня. Тогда – первый раз. Я не думаю, что он сделает это снова.
– Сделает, не сделает… Он уже поднял руку. Может, тяжело первый раз. А потом становится легче. Я не знаю. Не могу этого ни понять, ни оправдать.
– Я ушла сама, – покачала головой. – Я бы ушла, даже если бы он меня не ударил. Были… другие обстоятельства. У нас, у женщин, тоже есть то, что не каждая может простить. Я знаю: кто-то может смириться. Глотнуть предательство, обиду и жить дальше. Я оказалась не из их числа.
– Всё ты правильно сделала, девочка, всё правильно, – снова коснулся он моих волос.
Я подняла глаза. Мы столкнулись взглядами.
Илья молча просил. Спрашивал. Ни одного жеста не сделал, чтобы дать понять… Но я и без того чувствовала, чего он хочет.
Я закрыла глаза и потянулась к нему. Чтобы утешить. Чтобы разделить его боль. Точно так же, как и он ранее вливал в меня свою силу, я хотела немножко помочь ему. Оплакать утрату. Ту, что не уходит, а сидит занозой в сердце.
Глава 38-2
К счастью, я не теряла близких. Оказывается, я очень богатая.
Илья поцеловал меня. Осторожно, очень нежно его губы коснулись моих.
Чуть крепче стали объятия. Чуть глубже поцелуй.
Он зарылся пальцами в мои распущенные волосы, гладил виски и словно не мог оторваться. А мне так спокойно и волнительно одновременно.
