Автор
1 сентября Петя Самойлов рыдал горькими слезами. Он опустил голову между рук и сжал зубы, но не мог остановиться ни на секунду. Саша Вострикова — его лучшая подруга в очках и косе — тихо утешала, гладила по волосам, словно возвращая уверенность в обычный мир. Эти две девочки — часть его жизни, но сегодня что-то прерывало их спокойствие непонятной тревогой....
Мне ещё до Машкиной квартиры нужно добраться, позвонить завучу, рассказать, что я на больничном.
Может, это и к лучшему. Мне нужна передышка, чтобы собраться с силами. Мне нужно время, чтобы прийти в себя и решить некоторые вопросы.
Например, подать на развод.
___________________
Дорогие мои!
Тут поступил вопрос ""из зала"". Мол, что это за параметры лингафонного кабинета и почему ты в двух словах хотя бы о них не написала? Не понятно, что это такое и зачем это Рейнеру.
И я задумалась. Я предложу варианты ответов, а вы в комментариях напишете нужную цифру, чтобы я понимала, нужны такие подробности или нет.
1. Я тоже не понял(а), хочу, чтобы в тексте об этом прозвучало.
2. Дай сноску в тексте, кому надо, прочитает.
3. Это ненужные подробности, интуитивно понятно и так.
4. Автор, какие параметры? Дайте всем счастья! Это важнее!
Спасибо большое за обратную связь! Пишу для вас!
Глава 12-1
В машине мы с Рейнером молчали. Наверное, потому что и так всё сказано. Им. Я же не хотела делиться своими проблемами.
Не с посторонним мужчиной, с которым меня столкнул случай. Мы бы, наверное, никогда не пересеклись, если бы не Анаконда. И оттого, что он со мной возился, я чувствовала себя не в своей тарелке.
– Вы здесь живёте? – приподнял он удивлённо бровь и неверяще посмотрел на дом, в котором Машка квартиру снимала.
Ну, да. Это не элитная постройка и не новомодный респектабельный район. Возможно, подвези он меня домой, то не задал бы неудобный вопрос. Но я возвращалась не к себе, не в свою квартиру.
– Да, – ответила коротко. – Спасибо вам за всё, Илья Эдуардович. И простите, что оторвала вас от дел. Я не хотела. Так вышло.
– Перестаньте уже передо мной расшаркиваться! – разозлился он. – Всего хорошего, Анна Романовна. Я вам позвоню. По поводу лингафонного кабинета, естественно, – добавил он с сарказмом, наверное, заметив моё замешательство.
В этот раз всё было по-другому. Его телохранитель – этот татуированный бугай с кольцами во всех местах – распахнул передо мной дверцу авто и подал руку.
Я уже вошла внутрь, а машина Рейнера всё стояла. Я видела её, когда поднималась по лестнице.
Наверное, не верил. Возможно, ждал, что я выйду, крадучись, наружу, чтобы добраться домой в одиночку.
Но его ждало разочарование. Я не лгала. И мечтала лишь об одном: добраться до кровати.
К сожалению, мечтам моим не суждено было сбыться. На коврике возле Машкиной двери сидел Вадим.
Дикое, несуразное зрелище.
