Автор
Пьяный голос невесты-драконы исходил из ночной таверны. Вечер свадьбы обещал быть шикарным, но вместо этого предстояло объявить новому брачному союзу законченным. Несмотря на радость в воздухе, сердце жениха колотилось, словно отпущенный час.
Для смеси берут слезу и кровь дракона-носителя артефакта, чтобы зачаровать на владельца, живой огонь и мертвую воду, хорошо бы еще достать плоть ифрита, но это мало кому удается…
В голове некстати всплывает воспоминание, как Клавис приносил мне целебное питье и перед тем, как дать мне, согревал его драконьим дыханием. Выпускай струйкой тот самый живой огонь, а я улыбалась и пила.
В любой другой раз, я бы уже топала ногами и швырялась песком, выпуская агрессию, но сейчас мной руководило въедливое упорство. Нужно просто принять мысль, что я и есть такой артефакт.
— Я артефакт, — повторила я вслух.
Сосуд. Вещь, как остроумно заметил Байлок. Где-то намекаю сознания засмеялась Лоре, но я отключила ее, как шумовой фон.
Я — артефакт, а значит могу лишь принадлежать кому-то, быть ценным неживым помощником любого драконира, который сочтет меня своей. Мелькнула мысль о Рее и тут же погасла. Я любила его, но принадлежать хотела только самой себе.
Неужели выхода нет? Неужели все закончится так?.
В голове черными птицами кружились невеселые мысли. Мой волчок не помог мне, моя магия внутри, но подчинится любому, кто сумеет взять ее, Рея нет, Клавис мертв, никто не поможет.
Этот хоровод мыслей в голове продолжался почти до следующего вечера. До новой пытки, когда я вдруг отчетливо поняла, что теряю контроль над собственной волей.
— Ну-с, — нир Байлок довольно выпустил мою руку. — Дела наши идут все лучше, Клео. Возможно уже завтра, мы сумеем укрепить достигнутые результаты.
Я в ужасе распахнула глаза. Я сопротивлялась! Сопротивлялась, но… проиграла магии в собственном теле.
Байлок отрепетированным жестом потрепал меня по голове, как ребенка, имитируя доброе расположение духа. Но я-то знала, это ложь. Он был собран и насторожен, опасаясь новой истерики с моей стороны."
"На следующий вечер я была готова. Сквозь боль магии Байлока, насильно вторгавшейся в голову, я заставляла себя отслеживать плетение и поток.
— Не получилось… — нир отбросил меня на песок, подобно мертвой рыбине.
Холод в его голосе набирал силу. Лоре, слишком хорошо знавшая чем это заканчивается, застыла, стараясь слиться с песком. Даже ее демон насторожился. Но… Байлок просто ушел, на этот раз — ушел, но меня это уже не волновало, потому что я поняла! Поняла, почему опыты с живыми существами считались запрещенными.
