Деньги, пару книг и плащ. Но я привыкла жить аскетично, в больничной палате не разгуляешься, в процедурной красивые платья не нужны.
На секунду накатила горечь, усталость легла могильной плитой. Сколько можно убегать? Мелькнула мысль все рассказать Рейнхарду — малодушно переложить ответственность за свою жизнь на плечи мужчины, от которого подгибаются колени и частит в груди. Разве он сможет предать?
Ещё как сможет, сообщил по-медицински резкий внутренний голос, Клавис же предал. Все предают, и люди, и драконы. Незачем надеяться. Не на кого. Я снова одна, как была одна все двадцать с лишним лет своей жизни, потому что перед лицом боли никто не встает числом, каждый один на один.
Зато мне очень пригодится сумка вейры Тарвиш"
"Сначала я не хотела ее брать, чести много, но теперь мне было не до гордости. Так что я просто вытряхнула все ее нехитрое содержимое на кровать: недошитое платье, неполный комплект белья, шарфик, бинт, склянка с духами, сломанная детская игрушка, набор кистей, пригоршня бусин, три выгоревших артефакта и все от сглаза, книга всего одна, да и та — детские сказки для драконят. Все ясно, сумку собирал шизофреник в разные периоды своей болезни.
— Бедная вейра Марите, — сказала я сонному песику. — Свихнулась наконец.
А после, из чистой страсти к чтению, листнула детскую книжку, но внутри не было ни прелестных картинок, ни историй, только плотный рукописный текст, выведенный драконьей каллиграфией.
— Темная магия есть просто магия, напитанная отрицательным источником, — прочла я с недоумением. — Сие не делает ее непригодной, сие делает ее другой. Скудный человеческий разум не в силах постичь ее величия, ибо светлое укрощает светлое, а тьма укрощает тьму. Светлое есть доверчивое и атакующее по природе своей, темное — пассивно и жестоко, подобно оставленной женщине, но их разность не противостоит друг другу, а восполняет утраченное каждой из сторон.
Я сглотнула ставшую вязкой слюну. Я совершенно не хотела что-нибудь укрощать или кому-нибудь восполнять, меня саму всего два года назад собрали полностью. У меня в планах мирная жизнь и котики, а не ритуальная война, я же девочка… Но взгляд вопреки тревоге бежал дальше по тексту.
Рецепт детского сонного зелья с разовой дозой, талисман на блокировку горя, амулет невидимости сроком на семь дней, рассчитанный на женщину весом от сорока пяти до шестидесяти килограмм и светлым цветом волос…
Никогда не поверю, что дотошная вейра Марите принесла мне эту книгу от невнимательности. Темная магия под запретом, так же, как и книги по их применению. Однако в сумке, набитой ветошью под завязку, в обертке из-под детских историй лежала именно эта книга.